Я пряталась в шкафу, когда меня оставляли в одиночестве. Боялась выходить вечером на улицу. И бабушка отчаянно, вновь и вновь, повторяла мне: никаких монстров не существует.
Но это, конечно же, было ложью.
Они существуют. Они ходят среди нас. Иногда они живут с нами под одной крышей.
Только зовутся они – людьми.
Чудом я умудряюсь выплюнуть тряпку. К счастью, запихнули ее не в самую глотку, и надежда разжалобить маньяка грустной историей остается, хотя вряд ли он сентиментальный человек.
Я переворачиваюсь на бок, ерзаю в попытке сесть, щурюсь.
Надо рассмотреть водителя…
Автомобиль едет быстро, за стеклами воет ветер, я хватаюсь за любой шорох. Чудовище за рулем звуков не издает. Молчит. Слышно лишь его вдохи – тяжелые.
Мужчина закинул меня на заднее сиденье джипа, захлопнул дверь, а сам сел за руль и теперь везет меня черт знает куда и черт знает зачем!
– Кто вы? Скажите! – умоляю, сдерживая слезы.
Наконец выпрямляюсь и опираюсь спиной о кожаное сиденье, заглядываю в зеркало заднего вида.
Однако в салоне темно. Ничего не видно. А еще… пахнет медикаментами.
– Ответьте, пожалуйста, хоть что-нибудь!
– Успокойся, малая, – с нажимом требует похититель."
"Я вздрагиваю. Узнаю голос. Равнодушный и с шипящими нотами. Да, это он, точно он! Паника окутывает меня еще сильнее, сочится, как вода из разбитого сосуда по имени Эмилия, который скоро закопают в лесу под осиной.
– Глеб? – бормочу я. – Ты…
– Сиди молча, – сухо требует он. – Иначе снова заткну рот.
– Тряпку мог и постирать!
Страх перерастает в злость.
Глеб! Только его мне не хватало!
Стоило предположить, конечно, что он захочет меня прибить, но как этот несчастный кощей так быстро узнал, что случилось? Неужели Лео уже проснулся? Или он умудрился позвонить другу, приказал меня поймать и удерживать, пока к нему самому не вернется ясность сознания?
– Еще одно слово – и я остановлю машину. Вытащу тебя за шиворот. И вырублю. Сиди тихо, сказал!
– Куда ты меня везешь? Где…
Автомобиль притормаживает, съезжает к обочине трассы, которую окружают заросли деревьев.
Я замолкаю. Одновременно соображаю, что мы выехали из города. Кроме леса – ничего. Домов в округе явно нет. И бежать некуда, даже если вырвусь.
Беловолосый медленно поворачивает голову, когда машина останавливается, и душа моя подпрыгивает, удирает в пятки из-за безумного взгляда парня. Глеб зол. Очень-очень зол…
Я втягиваю голову в плечи, вжимаюсь в сиденье и сглатываю пересохшим горлом.
