Почему Жанна боится, что я скажу о нашем знакомстве?
– Мне сообщили, что вас видели с пропавшей Дариной, – заявляет Виктор без прелюдий. – Она не отвечает на звонки. Никто не в курсе, куда она делась. Поэтому я хочу услышать, где она, иначе наш разговор продолжится не в больнице, госпожа Гитлин.
Жанна содрогается. Следом – всхлип, и еще один, и еще… Она плачет?
– Я не знаю, кто это, – скулит рыжая. – Она велела провести ее в палату и по пути разговаривать, чтобы не вызвать подозрений у других врачей. Самозванка безумно похожа на Дарину.
Даже на расстоянии в метр никто бы не понял, что это… не она. – Гитлин растирает по лицу слезы. – Женщина выглядела точь-в-точь как Дарина. И у нее оружие! Она бы убила меня, понимаете?
Виктор вскидывает брови. Видимо, не верит в свою удачу. А я хочу биться головой о стену! Черт, я должна сказать Шестирко, что рыжая курица со Стеллой заодно!
– Куда потом ушла та женщина, не видели? – сухо интересуется Виктор.
– Не знаю, – канючит рыжая. – Мы шли с ней до второго этажа, по коридору, а потом она заперла меня в кабинете.
Я так виновата!
Жанна закрывает лицо и ревет.
Вот же лгунья!
Виктор задает еще несколько вопросов, а я скриплю зубами: сдерживаюсь, чтобы не заорать во все горло. Когда Жанна уходит, я хватаю Шестирко за руку, тащу за собой.
– Есть разговор, – шиплю я. – Но не здесь. Это срочно! Мы можем выйти из больницы?
Без лишних комментариев Виктор спокойно спрашивает:
– Мой «Мерседес» подойдет?
Я киваю. Через десять минут мы садимся в автомобиль.
Захлопнув дверь, я поворачиваюсь к мужчине корпусом, собираюсь с мыслями. Запугать меня какой-то девчонке – не позволю! Хватит.
– О чем ты хотела рассказать? – моргает Виктор, слегка недоумевая.
– Она пособница! – восклицаю неожиданно для самой себя. – Жанна! Она лжет!
– И все? – усмехается Виктор. – Я в курсе. Скрывать язык тела девочку не научили. Хоть она и пытается.
– Так задержите ее, – настаиваю я. – А вдруг ее наняли закончить грязную работу?
– Теория отличная, но это дело принципа для нашей маньячки.
Она профессионал. Вернулась закончить то, в чем облажалась. Эта женщина не из тех, кто промахивается. Все убийства идеально продуманы. Думаю, это первая ее оплошность.
– Тогда допросите Жанну по-нормальному.
– А смысл? Она будет придерживаться своей сказки. К тому же ты ошибаешься. Она знает лишь то, что привела убийцу, но понятия не имеет, кто это такая. Более того… Жанна сама ее боится.
– Откуда ты знаешь?
– Просто вижу.
