Гуров разыскал Костикова и сказал ему об этом. Собранные для операции участковые и полицейские пошли по своим делам, а капитан с Гуровым поехали в городской суд.
Как обычно бывает в судах, ничего быстро не решалось. Понадобился еще ряд звонков генералу Стародубцеву, а затем звонков от генерала председателю городского суда, чтобы спустя час с лишним Гуров получил нужный ордер. Теперь, с документом на руках, можно было приступать к осмотру дома, привлекшего внимание Крячко.
Приехав в Текстильщик, Лев обнаружил Стаса, Коняева, а с ними еще одного участкового и двух полицейских в доме неподалеку от того, что был им нужен.
– Вот, приютили нас хозяева, – объяснил Крячко, отрываясь от стакана с чаем. – Обогрели, чаем напоили…
– А то как же! – заметила хозяйка, крепкая женщина лет сорока. – На улице, чай, не лето.
– А вы заодно не рассказали полковнику о ваших соседях? – спросил Гуров. – Они нас очень интересуют. Так интересуют, что пришлось даже в суд обращаться, чтобы дом их осмотреть.
– Нет, об этих мы ничего не знаем, – ответила женщина.
– Они здесь недавно появились. Да они вроде бы и не хозяева. Это был дом дяди Володи Гаврилова, но он в прошлом году умер. Дядю Володю мы все хорошо знали, он всю жизнь здесь прожил. А кто у него наследники, мы не знаем. Я так понимаю, что наследники этот дом кому-то сдают. А что за люди, этого я тоже не знаю. Пару раз парня какого-то видела, и все.
– Зато я кое-что узнал, – подал голос лейтенант Коняев. – Я тут нашел одного мальчишку, и он мне все рассказал.
Глазастый такой мальчишка, Матвеем зовут.
– А, так это Ушаковых сын! – сказала хозяйка. – Смышленый мальчишка, только больно уж непослушный.
– Смышленые редко бывают послушными, – заметил Лев и, повернувшись к Коняеву, спросил: – Так что же тебе рассказал этот глазастый Матвей?
– Сказал, что в доме, который раньше принадлежал Гавриловым, живут двое – парень и женщина.
– То есть муж с женой?
– Я тоже так подумал, так и его спросил, – ответил Коняев. – Но Матвей сказал, что женщина намного старше парня, вряд ли она его жена.
И он больше ее видел. Парень по поселку совсем не ходил, только приезжал на машине, а потом уезжал. И ни с кем не разговаривал.
– Ага, значит, Матвей видел его машину! – воскликнул Гуров. – Это хорошо. Мы почти у цели. Если мальчишка и правда глазастый, он должен был запомнить эту машину – если не номер, то хотя бы марку. Правда, мы еще не были в доме, не знаем, тот ли это дом, те ли люди, которые нас интересуют.
