Вспомнит и прозрачные намеки про отпечатки пальцев, и возможные показания ее «постояльцев». Через пару-тройку часов ее внутреннее спокойствие, если таковое вообще было, окончательно рухнет, и давать показания она будет. Особенно если к тому времени удастся взять Алиева. А для того чтобы выманить его из укрытия, вариант уже имелся. Нужно было только либо расколоть второго задержанного, либо найти в квартире сотовые телефоны. Последнее было более чем вероятно.
Гуров просмотрел данные на задержанного парня, которые ему предоставили ранее.
Чеботарев Игорь Петрович, 27 лет, житель Ростова-на-Дону. Не судим, не привлекался. Имеет парочку штрафов за употребление алкогольных напитков в общественных местах, однажды подвергался административному наказанию за нарушение общественного порядка. Безработный, семьи нет. Из родственников имеется только престарелая бабушка, проживающая на севере Краснодарского края. Парень явно не был стреляным воробьем и мог поддаться на давление. Тем более что обвинения ему светили серьезные, за которые суды охотно дают немалые сроки.
Косвенных доказательств было вполне достаточно. В частности, Чеботарев весьма был похож на фоторобот, составленный старичком на парня, дежурившего у подъезда Челнокова. Остальное – дело техники. И тут уже любой адвокат посоветует ему сотрудничать со следствием.
Парень выглядел очень напуганным. К тому же если с Юртаевой омоновцы во время захвата мало церемонились, то Чеботареву «выписали» по полной программе – на его лице было несколько кровоподтеков, рукав рубашки был оторван, а одна штанина разодрана на коленке.
Вдобавок парень был в одном домашнем шлепанце. Видимо, привезли Чеботарева в Главк в том, в чем взяли на квартире. Даже куртку и обувь надеть не позволили.
– Игорь, перспективы у тебя самые безрадостные. – На этот раз Гуров выбрал несколько панибратский тон. – Незаконное хранение оружия, покушение на жизнь сотрудника правоохранительных органов. Все это – группой лиц. Уже по этим статьям тебе не меньше двадцати пяти лет светит.
А если сюда добавить убийство журналиста да еще и попытку похищения человека, то ты до конца жизни на зоне останешься. – Он слегка перегнулся через стол, наклоняясь к Чеботареву, которого стала колотить мелкая дрожь, и негромко произнес: – Скажу тебе по секрету, Игорек, женщина, которую вы пытались похитить, моя жена. За одно это я сделаю все, чтобы тебе пожизненное заключение в одиночной камере мечтою показалось.
