В первое мгновение он даже боли не почувствовал, удивленно подумав: «И что это было?» – а в следующую секунду потерял сознание, повалившись на девушку, которая вдруг начала выть в голос, по-бабьи…
До Главка Гуров недоехал считаные метры, когда получил сообщение о перестрелке в квартире Челнокова. Резко развернув машину, он прикрепил съемный «маячок» на крышу и рванул в сторону Северо-Западной хорды.
У входа в подъезд журналиста топтались двое пэпээсников, по привычке пристально вглядываясь в каждого проходившего мимо.
Кроме двух патрульных машин, поблизости были припаркованы «Газель» передвижной криминалистической лаборатории и «Ауди» с полицейскими номерами. Лев припарковался рядом с ними и, показав пэпээсникам служебное удостоверение, стремительно вошел в подъезд.
Щукин и двое свидетелей перестрелки находились на лестничной площадке, пролетом выше квартиры Челнокова, а внутри нее работали криминалисты. У оперативника была заклеена пластырем разбитая переносица. Увидев Гурова, он тут же поднялся со ступенек, на которых сидел.
Женщина в измазанной кровью одежде тоже сделала шаг навстречу сыщику, с какой-то непонятной надеждой посмотрев на него, а вот пожилой мужчина лишь мельком глянул на Гурова и снова отвел взгляд.
– Как Свистунов? – в первую очередь поинтересовался Лев.
– Увезли, товарищ полковник, – ответил опер. – Говорят, жить будет.
– Это хорошо. Ждите здесь. Узнаю, что там у криминалистов, а потом пообщаемся.
– Можно я хотя бы переоденусь? – взмолилась женщина.
– Можно, – кивнул Гуров и приказал сержанту, дежурившему у дверей квартиры: – Проводи девушку. Десять минут на переодевание, а затем вернетесь сюда.
В квартире Челнокова все было перевернуто вверх дном. Тот, кто побывал здесь до прихода полиции, очень старался что-то найти. Причем ему было безразлично, что учиненный им обыск сразу же обнаружат. Видимо, взломщику хотелось отыскать что-то очень важное для него. Вопрос лишь в том, успел он это найти или ему помешали оперативники?.
.
– Где можно со свидетелями разместиться? – поинтересовался Лев у экспертов.
– На кухне, – ответил один из них. – «Пальчики» там уже сняли. Что нам тут еще делать?
– Изымайте все, что может содержать личную информацию: блокноты, записки, фотографии, диски, флешки… Понятно, в общем? – пояснил Гуров и скомандовал Щукину: – Николай, проходите со свидетелем на кухню! Рассказывай!
– Нечего мне особо и рассказывать, товарищ полковник, – подавленно проговорил опер.
