– Да и как бы я не прибежал? Стреляют ведь! То есть ясно, что тут настоящее ЧП.
– И ты тоже вступил в перестрелку?
– Нет, я не успел. Да и не было никакой перестрелки. Едва подбежал, как этот, за стеной, сразу скрылся, и мы его больше не видели.
– А вы пытались его преследовать? Перелезть через стену?
– Да, я как раз крикнул Сереге: «Вставай, я перелезу!» – ответил Николаич. – Но тут грохнуло уже у меня за спиной, и мы немного растерялись. Не знали, куда бежать.
– То есть второй взрыв раздался спустя несколько секунд после того, как ты оставил западную часть стены без охраны?
– Да, секунды не прошло! Все очень быстро происходило.
– Значит, вы повернули в ту сторону. И что потом?
– А потом грохнуло уже у ворот. И крики послышались. Елизавета кричала, а потом Алла. И когда Алла крикнула, мы все забыли, все взрывы, и кинулись туда, к воротам. Потому что главное для нас, конечно, было уберечь Аллу.
– И что вы увидели возле ворот?
– Да, считай, ничего не увидели! – в сердцах воскликнул Николаич. – Задний бампер машины увидели, как он в воротах скрывается.
И все, кончено дело. Не уберегли…
– Не уберегли… – повторил вслед за ним Гуров, после чего повернулся к третьему охраннику: – Ну, тебя мне и спрашивать почти не о чем. Один только вопрос: сколько здесь, на участке, камер, и все ли работали?
– Камер пять, – ответил охранник. – Четыре по углам дома висят и пятая на воротах. Все утром были исправны, все должны работать.
– Ну, это мы сейчас проверим. Пошли назад в дежурку, покажешь записи.
А вы, друзья, отправляйтесь к капитану Костикову, он снимет ваши показания по всей форме.
Вместе с третьим охранником, которого звали Семен, Лев прошел в дежурку и посмотрел записи с четырех камер, установленных на доме. На одной из камер было отчетливо видно, как после разрыва какого-то заряда лопается проволока над северным участком забора, как затем над забором показывается лицо, закрытое маской. Человек делает два выстрела из пистолета в сторону охранников, а затем скрывается. В общем, ничего нового по сравнению с тем, что уже слышал от охранников, он не увидел.
Что же касается пятой камеры, установленной над воротами, то она отказывалась что-либо показывать. Семен был удивлен: он уверял, что перед нападением камера была исправна. Причину отказа Гуров установил, как только вышел за ворота и взглянул на камеру: она была разбита, по всей видимости, в результате выстрела.
Единственное, что ему дал просмотр записей, – марку машины похитителей.
