Изможденное лицо, тонкие, почти невесомые кисти, исколотые иглой от капельницы вены.
— Мам, — Андрей подходит к ней, ласково касается пальцами ее руки.
Она медленно открывает глаза.
— Я Дашу привел. Помнишь, я тебе о ней рассказывал?
Женщина фокусирует на мне взгляд. Ее блеклых губ касается изможденная улыбка.
— Даша? Приятно познакомиться.
Будто подтверждая свои слова, Андрей Берет меня за правую руку, так, чтобы мать увидела кольцо у меня на пальце.
— Мам, помнишь, ты все переживала, что я один и один? Так вот, я теперь не один, мам.
Я сделал Даше предложение. Мы скоро поженимся.
Она смотрит на него с любовью. Даже в ее тяжелом состоянии ее чувства к сыну никуда не делись, и мое сердце участливо сжимается. У меня тоже есть сын, я понимаю, что она испытывает к Андрею.
— Андрюша, можно, я с твоей невестой наедине поговорю? — шепчет она.
Андрей смотрит на меня. И столько всего в его взгляде — не предай, Даша! Гни линию до конца, пусть уже мама уйдет спокойно…
Едва заметно киваю: не волнуйся, отыграю, как надо.
Андрей выходит, а я остаюсь стоять у кровати, не зная, что мне делать дальше.
— Дашенька, сядь, — она едва ощутимо указывает мне на стул рядом с ее кроватью.
Сажусь, чувствуя себя последней сволочью. Нехорошо обманывать родителей.
— Ты мне снилась, — тихо говорит она. — И дочка твоя снилась…
Накрывает мою руку своей, а у меня сердце летит куда-то вниз. Откуда она знает про дочь?! Андрей не мог ей сказать, он не в курсе. Никто не в курсе, только моя семья и Юлька.
Хмель сразу отпускает, как будто и не было дозы коньяка.
— С ней все хорошо, Даша, — шепчет мне Нина.
— Откуда вы знаете?.. — спрашиваю я и чувствую, как по щекам медленно ползут горячие слезы. О дочке со мной никто не говорил уже давно — после того, как меня выписали из больницы, из-за моих истерик в нашей семье наложили табу на эту тему.
— Мертвые иногда говорят с теми, кто на пороге смерти, — поясняет она. — Просто знай — с твоей дочкой все хорошо там, наверху. А Андрюшу ты береги.
Очень он тебя любит. Ему жить дальше надо, а он меня все не отпускает. Я его гоню отсюда, гоню, а он здесь ночует… Обещай, что не оставишь его одного?
— Не оставлю, — чувствуя, как что-то больно колет в сердце, обещаю ей. Я еще не понимаю, что это за боль, но она уже есть. Уже живет там, и это что-то новое. То, что до сегодняшнего дня я упорно не хотела замечать.
— Спасибо, родная, — шепчет она. — Иди, а то он тебя заждался.
Я растерянно киваю.
![Обложка книги Измена не самое страшное [СИ]](/uploads/posts/images/6/izmena-ne-samoe-strashnoe-si-1.jpg)