Было уже довольно поздно, и я увела Машу в спальню, в которой раньше размещалась детская, и принадлежала она в то время Софье. Хорошая комната, не такая просторная, как у меня, но места хватило для игрушек и любимых книг девочки. Я почитала сказки, и малышка заснула, даже не дослушав финал истории. Чмокнув Машеньку в лобик, я вернулась в свои покои.
Настасья, словно прочитав мои мысли, обрадовала меня тем, что баню всё же затопили по приказу графа и всё готово.
— Барин уже полчаса назад ушёл париться, — поведала она.
— Отлично. Как вернётся, сообщишь мне, — облегчённо вздохнула я. После пыльной дороги и утомительных родов крестьянки мне нестерпимо хотелось помыться и расслабиться."
"Через полчаса я грелась на полке, потом с удовольствием попарилась берёзовым веником, смыв с себя всю грязь. От банных процедур я разомлела и еле добрела до спальни. Тяжёлый день взял своё, и стоило мне только лечь в чистую постель, как я забылась крепким сном.
Мне снился сад — большой, красивый, с только что распустившимися листочками.
Свежий аромат зелени наполнял лёгкие и кружил голову. До рассвета оставались считанные минуты. Я спешила к капищу, где всё было готово к ритуалу.
Сегодня праздник — пробуждение природы. Я, как верховная жрица, должна провести обряд, чтобы земли вокруг плодоносили и никакая хворь не погубила урожай. На мне было простое белое льняное платье, вышитое красными нитками, на ногах лапти, на плечах алый платок. Светлые волосы распущены и волнами струились по спине.
Священное место ограждал частокол. Внутри капища пылал костёр, озаряя высокую статую богини, вырезанную из толстого бревна. Послушницы водили хоровод вокруг костра и пели ритуальную песню весны. Они держали в руках цветные ленточки, образовав все вместе неразрывный круг. Три молодые женщины из села тоже принимали участие в хороводе, чтобы попросить у богини благословения на на рождение детей.
Стоило мне только войти в капище, как девушки дружно запели громче. Они по очереди подходили к высокой берёзе и привязывали к веткам ленточки, украшая дерево.
— Ой, Богиня Леля, чудная и прекрасная, что же ты всё, Светлая Богиня, на Небесах сидишь, на землю нашу не глядишь? — обратилась я к деревянному идолу, восторженно чеканя каждое слово. — Ведь держишь ты златы ключи от всей вселенской красоты. Отомкни свои Чертоги, свет пусти свой за пороги. Пусть в степях стада пасутся, а в садах растенья вьются. Земля везде заселена, леса и горы и моря.
