— Ты лучше вспомни, давал ли Андрей тебе на подпись какие-нибудь бумаги, на вид не очень важные, и ты их не глядя подписал?
Муж нахмурился ещё сильнее, задумавшись.
— Да. Случалось такое. Я как-то торопился, была тревога, и Андрей просил срочно подписать что-то из актов. У меня не было времени разбираться, и я быстро расписался. Думаешь, это он подставил меня?
— Не думаю. Я уверена, — поджала губы, понимая, куда тянутся верёвочки. — И Елене он специально не написал о вашем разводе, зная, что она приедет.
— Софья, возвращайся в Дивное, — муж нежно притянул меня к себе, уткнувшись в макушку.
— С Еленой и Андреем я разберусь, как только выйду отсюда.
— Я не оставлю тебя, — горячо прошептала, вдыхая аромат его кителя, который уже успел пропитаться неприятным запахам острога. — Хочу помочь тебе.
— Отважная моя, не стоит вмешиваться в это дело, — напрягся любимый, обняв меня крепче. — Уезжай в поместье, будь рядом с Машей. Боюсь, как бы Елена не заявилась туда. Дочь ей не нужна, но нервы помотать она может.
Уверен, Елена приехала клянчить у меня деньги. Или Андрей заплатил моей бывшей, чтобы она тут появилась.
— Хорошо, я поеду домой, — Константин, конечно, прав, надо возвращаться. Неизвестно, что задумал Андрей, но мужу надо помочь, иначе я себе не прощу, если его посадят в тюрьму.
— Умничка. Я очень рад, что ты приехала, — его губы оказались так близко, что я сама прильнула к ним.
Поцелуй вышел страстным и горячим, и я быстро разомлела в нежных руках графа.
— Люблю тебя, помни об этом, — судорожно вздохнул муж, отпустив мои губы, которые уже горели вовсю от колючей щетины.
— Простите, Ваше Высокоблагородие, — скрипнула дверь, и в помещение вошёл охранник, виновато посмотрев на нас, — свидание окончено, уже слишком поздно.
— Костя! — я вдруг вцепилась в плечи мужа. Оставлять его тут совсем не хотелось. — Я люблю тебя.
— Береги себя и Машу, — он прижался губами к моему лбу. — Иди, Софушка.
Нехотя мои пальцы разжались, и я шагнула назад, смотря в глаза любимого. Сердце сжалось от тревоги и плохих предчувствий, но остаться тут было нельзя.
Я отвернулась, пряча от мужа непрошеные слёзы, и поспешила на выход.
Когда карета тронулась с места, поняла, что не смогу спокойно уехать в Дивное, как обещала мужу.
— Кузьма! — я выглянула в окошко, чтобы кучер услышал меня.
— Слухаю, барыня! — тут же отозвался мужик.
— Знаешь, где дом Андрея Александровича?
— Знаю конечно!
— Езжай туда! — я вернулась на место, мысленно потирая руки.
