Мы уже приготовились переходить через дорогу, как сзади раздался знакомый женский голос.
— К празднику готовитесь?
— Здрасте, тетя Юля! — Ваня среагировал первым.
Я обернулся.
Черт! Тебя только здесь не хватало.
— Привет, Вань! — держа в руках покупки она подошла к нам ближе.
— Тимофей Петрович, не подвезёте меня до дому? Нам же с вами, вроде как, по пути, — она сделала уставшую мину и наивно захлопала накрашенными ресницами.
Хамить перед Иваном не хочется. Она всё-таки женщина. Ничего мне плохого не сделала.
Я ведь не на руках ее понесу.
Поколебавшись несколько секунд, я все же согласился.
— Конечно, — коротко ответил я.
Отказывать было как-то не удобно. Да и какой пример я покажу пацану.
Мы подошли к машине, и я открыл багажник. Юля отдала нам свои пакеты и по-хозяйски открыв дверь, без особых колебаний усадила свою пятую точку на переднее, пассажирское сидение. Мы с Ваней переглянулись, но промолчали.
— Извини, придётся ехать сзади.
— Да ничего, — понятливый мелкий.
Пока мы ехали по трассе, рот женщины не затыкался.
Она болтала и болтала. Честно говоря, я ее не особо слушал и пропускал мимо ушей все что она раскалывала. Все, кроме последнего вопроса:
— Признайтесь, вы Аринкин хахаль, да?
Что, блядь?
Тактом так и прет от бабы.
Я сразу глянул в зеркало заднего вида — Ваня сидел в наушниках и смотрел какое-то видео. Не услышал и на том спасибо.
Пауза.
Может ее высадить прямо сейчас? Или послать? Или послать, а затем сразу высадить?
До деревни оставалось буквально пара километров.
— Вы знаете, Юля, человеческий рот иногда делает больше бед, чем все природные катаклизмы вместе взятые.
И если вы не хотите идти к посёлку пешком, советую вам помолчать до конца нашей поездки.
— Я поняла, — тихо ответила она и отвернулась к окну.
Вот так бы сразу.
Пока нас не было, Арина развернулась целую полевую кухню во дворе. Все дымилось и жарилось на уличной печи, которую я не сразу заметил, возле полуразрушенного сарая.
Две женщины ее возраста, видимо подруги детства, помогали ей с готовкой.
Посреди двора стояли два накрытых стола со скамейками по бокам.
— Здарова, я Андрей! — протянул мне одну руку мужчина, другой он держал трёхлитровую банку с прозрачной жидкостью.
— Привет! Тимоха, — я подал ее в ответ. А это у тебя что? — кивнул я на банку.
— А-а-а-а, — он с нежностью погладил ее. Святая водица. Натур продукт.
— Самогонка что ли? — догадался я.
— Она самая.
— Куда столько? — она же, наверное, градусов пятьдесят, не меньше.
