Иначе будь он обычным продавцом из магазина, она послала бы его куда подальше с такими предложениями.
Что-то меня накрыло. Сорвался на невинной девушке. Стало стыдно.
Прозвучал сигнал и я, с уже подпорченным настроением, подошёл к столу номер пять.
И тут, бинго!
Нет.
Это не бинго.
Это фулл-хаус! Стрит-флеш! Рояль- флеш, в конце концов!
Я увидел перед собой Арину. Тут самую несчастную женщину, которая очень спешила к врачу, а сейчас сидит тут передо мной вся при полном параде.
Как же ты вовремя, радость моя!
— Добрый вечер! — с трудом сдерживаю себя, чтобы не рассмеяться от счастья.
Она не смотрит на меня, но по реакции понимаю, что голос узнала.
Боится. Видать, грешок за свою ложь чувствует.
— Какая встреча! — говорю и расплываюсь в довольной улыбке словно Чеширский кот.
— Я сплю и это мой ночной кошмар, — говорит официанту, но я-то понимаю, что эти слова адресованы как раз таки мне.
О-о-о-о! Милая, ты права. Именно я твой страшный сон и ночной кошмар.
— Как здоровье? Не хвораете ли часом! — спрашиваю, не скрывая своего ехидства.
Сейчас я буду мстить. Именно мстить. За все ее юбки, туфли и эти чертовы чулки в крапинку, которые половину офиса сводят с ума. За дагестанцев, которые чуть ли не пометили мой кабинет. И за мою последнюю ночь, посреди которой я проснулся от дикого стояка в штанах, потому как во сне я видел свою голую помощницу.
Все выделенное нам время я провоцировал ее и попросту издевался. Я издевался и наслаждался ее реакцией. Честно скажу, что не ожидал от неё такого ангельского терпения.
Правда под конец, когда между нами начал встревать этот левый мужик и я готов был вспомнить другие методы решения спора, но эта коза вылила мне на голову бокал вина и ушла.
Программа «достать по максимуму» была выполнена, а на душе было гадко.
И беда то вся в том, что я сам до конца не понимал, чем я руководствовался. Что это было? Злость на ее враньё? Обида на всех баб? Или может ревность? А может все вместе?
Чтобы хоть как-то реабилитироваться в глазах Арины, я догнал ее и довез до дома.
Провёл до квартиры.
Там, возле ее двери было какое-то наваждение. Мне до одури хотелось прижать ее к стене и запустить свои руки под этот чёрный, широкий пиджак. Ещё чуть-чуть и клянусь, я бы набросился на неё. Даже не знаю, что меня остановило в тот момент, благоразумие или ее соседка. Хотя, надо быть честным и прежде всего перед самим собой. Меня остановил страх быть отвергнутым. После поступка Алисы, моя оценка и так упала ниже плинтуса.
