— Так он же не твой, — я иронично выгибаю бровь.
— Я знаю, что мой, — серьёзно отвечает он.
— А я думала у тебя бесплодие. Кстати, ты его вылечил? Или самоисцелился? — я не могу себя сдерживать, у меня внутри ураган из эмоций.
— Арина, мне сорок лет. Я многого достиг. Я заработал приличный капитал. Сейчас, глядя со стороны прожитых лет, я не знаю на кой оно мне все. Мне наследник нужен… Понимаешь?
— А ты нужен наследнику? — язвлю в ответ, но Игорь игнорирует мои колкости.
— Мне жена рядом нужна…"
"— Четвертая? — перебиваю его я.
Решил устроить гарем по законам шариата? — яд так и льется с моего языка.
— С тобой невозможно разговаривать! — он разворачивается и со злости ударяет кулаком о стену.
— А ты головой попробуй! Может поможет.
Я смотрю на разъярённого Игоря, и понимаю, что настал тот момент, когда мне пора заткнуться. И самое интересно, что умом я это понимаю, но вот заткнуть себя не могу.
— Арина, — сквозь зубы цедит мое имя, — я все равно увижу сына. И если не добровольно, то через суд я докажу факт отцовства.
Средств и терпения у меня хватит на все это.
— Да как ты смеешь? — вот чего на самом деле хочет эта сволочь! Наконец-то он показал свою истинную личину.
— Смею. И не я, а наш семейный кодекс.
Волна паники накрывает меня с головой.
— Ты не лишишь меня родительских прав! Ты не сможешь! — я практически выкрикиваю ему в ответ.
— А мне это и не нужно. Я установлю себе законное время для встреч. У родителей равные права в воспитании, если я не ошибаюсь.
Откуда ты вообще взялся на нашу голову, долбаный родитель!
— Знаешь кто ты после этого?
— Знаю.
Арина, ты не накажешь меня больше, чем я сам себя уже наказал. Так просто дай мне возможность все исправить. И не ради меня, а ради Вани. Ведь он тоже имеет право знать правду. Ту правду, которую ты посчитаешь нужной ему сказать. Я дам тебе время найти хорошего психолога, чтобы подготовить Ивана к этому разговору. Думаю, месяца хватит.
Игорь отступает в сторону, освободив мне проход.
Я с силой дергаю дверь на себя, от чего она отлетает в сторону и ударяется о все ту же многострадальную стену, и молча выхожу в коридор.
Хрен тебе в руки Вознесенский, а не мой ребенок!
Глава 22
Тимофей
Я думал, что мне придется торчать здесь еще неделю. Но, благодаря другу моего отца Егору Громову (по кличке Гром) этот вопрос мы смогли быстро уладить. Правда, пришлось сделать приличный откат мэру. Но как я уже говорил — если проблему можно решить за деньги, то это всего лишь растраты.
