В одно мгновение они впились в еще живое тело мага. Его раздуло, словно воздушный шарик. В области шеи стал формироваться разрез, и кожа стянулась с мышц с хлюпающим звуком. Суханов больше не кричал.
Область магии завибрировала. Я протянул руку, и шкура мага направилась ко мне. Схватил ее.
— Развейся! — прозвучал еще один приказ голосом бога.
Область стала пульсировать. Бескожее тело Даниила Лукича устремилось вниз. Услышал удар о землю с мерзким звуком, а следом стал падать и я. Удар. Колени захрустели от соприкосновения с поверхностью, поднялось облако пыли.
Когда все развеялось, то на меня смотрели аристократы, прятавшие детей от открывшегося зрелища.
Голова немного гудела. Разогнулся со скрипом и выпрямился, увидел крайне удивленное лицо генерала Вяземского. Трутень, собака сутулая, улыбался. Ты у меня еще получишь! Хотел подойти красиво, но получилось лишь сильно ковыляя.
— Ваш помощник просил передать свою кожу, чтобы вы сделали коврик из него, — сказал я голосом старика, который всю свою жизнь курил одну за одной.
Бросил останки Суханова к ногам генерала.
Адски заболело горло. Проглатывая, ощущал, будто ножи проходились. Повернулся и заметил, что несколько аристо вывернуло от моего подарка. Я не переживал по этому поводу, не проснись мой голос бога, сейчас кинули бы мою кожу к ногам Вяземского.
— Солнцев! — засмеялся Весемир. — Твою налево! Вот удружил так удружил!
Генерал сжал челюсти и медленно поднял взгляд с останков Даниила на меня. Кровь капала с его рук, настолько сильно он их сжимал, впиваясь ногтями в ладонь.
— Ты… — прошипел Вяземский. — Выбрал себе самую страшную смерть! Что бы ни произошло, тварь… Я лично убью тебя! Клянусь честью генерала и своего рода, ты долго не проживешь!
— Ну… Что ты… Матвей, — развернулся к нему Трутень. Руки в карманах, а на плечах китель. Пространство задрожало, и словно сама тяжесть планеты упала на Вяземского. — Не стоит пугать или угрожать моим людям, особенно при мне. Я могу и не сдержаться.
Генерал не упал от давления Весемира, но ноги его ходили ходуном, а все тело тряслось.
Из носа потекла кровь.
— Ты помнишь наш уговор? — зло уточнил подполковник.
— Да! — ответил Вяземский, вытирая кровь и не сводя с меня взгляда. — Я дал обещание офицера и не нарушу его.
— Жди в ресторане! — приказал мне Трутень.
Только я хотел высказать все, что о нем думаю, а получилось просто шипение. Монстра мне в жены, голос пропал! Сука! Публика продолжала сидеть и наблюдать за крайне любопытным представлением.
