"
"— Ну или не в лицо, — подкидывает Макс. — В колено, Демон, стреляй. Для прокачки риторики.
Прижимая к ней ствол достаю из кармана звонящий телефон.
— Ну-ка тихо всё, — рявкаю я.
Злата!
— Доброе утро, моя хорошая… — недобро смотрю в глаза Тате, отвечая ласково жене по телефону.
Мне нелегко это — быть таким. Тёплым. Я таким никогда не был. Но, если бы был, мы были бы ближе. И многого бы не произошло. С самого начала она могла бы почувствовать, как дорога мне. И брак с Родионом остался бы фиктивным. Я много думал об этом.
Для себя решил, что если найду её, то больше никогда не буду «холодным», закрытым. Чего бы мне это не стоило.
— Дэм, ты где? — сонно.
— По делам пришлось отлучиться.
— В пять утра? — растерянно.
— Я приеду, всё объясню, родная.
Вжимаю ствол сильнее в татуировку на щеке, пытливо прищуриваясь.
— Камин отключился… холодно без тебя… — добавляет Злата, смущаясь.
Моя девочка!..
— На чёрном пульте температуру увеличь и поспи ещё, ладно? Скоро приеду, погрею.
— Ладно.
— Что-нибудь привезти?
— Возвращайся скорее сам.
Сердце омывает тёплой волной. Мне хочется улыбаться. И домой хочется очень.
Но у меня ещё одна сука не построена! Скидываю вызов. Ваха с Максом переглядываются, поджимая губы и пряча улыбки. Вахтанг не выдерживает.
— Нежнятина от Демона! — фыркает от смеха.
Дурень! Закатываю глаза, стреляя в него строгим взглядом. Мы же как бы человека прессуем. Ну как «человека»…
— Ну так что, — смотрю в испуганные растерянные глаза Таты, — полезная ты или мёртвая?
— Дэм, смотри, щёлочь, — вытаскивает Ваха два бутыля из большой ванны.
— Даже труп вывозить не придётся.
— Окей!!! — взвизгивает она. — Отморы! Но это не я…
— Конечно же не ты, — скептически качаю головой. — Слушаю.
— Родион велел воткнуть в капельницу убойную дозу антикоагулянта. Который отцу и так ставили!
— Родион велел? — дергаю бровью. — Да он слова «антикоагулянт» не знает, Тата. Но мысль твоя ясна.
— Да, господи! Он всё равно умирал, мучаясь от боли! Это просто эвтаназия!
— Макс, — убираю в кобуру ствол.
— Вези эту суку к ментам, дай им денег, пусть надёжно закрепят её за распространение героина. И передадут какому-нибудь жесткому прокурору.
— Ты что?… — испуганно. — Это же от восьми!
— От двенадцати, вроде? — переглядывается охрана.
— Убийца должен сидеть в тюрьме, Тата, — назидательно отвечаю я.
— Ну это же Родион! Причём здесь я?!
— А… Ну ты его там дождись обязательно. Сразу в петлю не лезь.
