Поднимаюсь к квартире Златы. Пишу ей: «Алиса, откройте на минуту, я у двери. Мне нужна от Вас подпись на договор аренды».
Жму коротко на звонок и поворачиваюсь к глазку спиной. Мы с Вахой одного роста, и одинаково темноволосы.
И это срабатывает. Я слышу, как поворачивается ключ. Ловлю дверь за ручку.
Мгновение! Но за это мгновение до встречи наших глаз во мне взрывается несколько боеголовок.
Лёд и пламя! Противоречивые эмоции рвут пополам, выпуская, наружу лавину горечи и протеста.
Я уже стал забывать ощущение себя рядом с ней.
А это так — словно любимый человек угасает, и ты не можешь ничего сделать. Какая-то часть тебя умирает вместе с ним. А я хочу жить! С ней жить.
За ночь я прожил версий, наверное, двадцать этого утра. Всë пытался, найти какую-то позитивную, но кипящие эмоции всегда уносили в жесть. К утру я сдался. Пусть будет жесть, пусть будет хоть что-то!
Я слепой сейчас, не вижу нихрена от того, как толчками приливает кровь, душа меня и мешая дышать.
Картинка фокусируется. Проморгавшись, разглядываю.
Тёмные волосы собраны наверх. Глаза и правда — темные пули. Но это, конечно, она.
Дверь закрыть не пытается. Мы просто ошарашенно смотрим друг на друга. Делаю шаг вперед.
— Я зайду, — это не вопрос, на самом деле. — Мы поговорим…
Еще один шаг, она пятится, и я — в квартире.
— … Если ты скажешь уйти, я уйду.
Еще шаг. Отступать ей больше некуда. Спина упирается в стену.
Из комнаты громкие звуки мультфильмов. Тихо открываю ей дверь на кухню, приглашающе показывая рукой.
Обняв себя за плечи, молча проходит. И замирает у стены. Закрываю плотно дверь. Прохожу дальше, до окна, смотрю вниз на свою машину.
— Нож в спину не воткнешь? — срывается мой голос. — Не знаю, что от тебя теперь и ожидать.
— Зачем приехал? — шепчет она.
— Зачем приехал?! — разворачиваюсь.
Достаю паспорт, разворачиваю страницу, где печать. Подношу к еë лицу.
— За семьёй приехал.
Отрицательно качает головой, с тревогой растерянно глядя мне в глаза.
Это накаляет, ломая последние бастионы моей выдержки. Не то, чтобы я ждал распростертых объятий. Нет, не ждал. Хер знает вообще чего я ждал! Просто…
— Нет! — выдыхает она дрожащим голосом.
— Что — нет? — цежу я.
Опускает взгляд. Ставлю руку на стену, поднимая за подбородок её лицо.
— Поцелуешь мужа?
Нет, не поцелует. От неё веет холодом, разочарованием. За это мне хочется вдолбить и еë и себя в эту стену.
