Если Ксюша твоя облажается, он больше никого не возьмет, ему уже ясно, что его пробивают.
— Ксюша не облажалась, — многозначительно. — Но сбежала пока под предлогом поиска денег.
— Что он ей сказал?
— Всë тоже самое, что и тебе. Если мы хотим деталей, то надо заплатить за услуги, а дерëт ваш Волков безбожно.
— Сколько?
Регина протягивает мне стикер с суммой в баксах.
— Ого… За что такие деньги? Уехать она и без него могла в любом направлении. А главное — откуда у нее экстренно взялась такая сумма? Золото продала? — вспоминаю ее изящные запястья с увесистыми браслетами.
— Но если золото отдала Волкову, то на что живет? То есть Ольховская ещё и без денег где-то там сейчас. Класс…
— Может, мужчину нашла? Как она с двумя детьми-то одна без бабла? Ты говорил, красивая у тебя ведьма. «Меценаты» таких любят. Чтобы красивая, молодая и очень благодарная за спасение!
Мну стикер в кулаке. Давление подскакивает от этой мысли.
— Красивая, — хриплю я. — Жаль только, волосы свои обрезала.
Так возле камина, у зеркала и оставила копну свою, на полу, вместе с огромными кухонными ножницами.
От меня словно самого кусок отрезали. И на камине — записка и кольцо обручальное. Любишь — не ищи. Это так не работает, нет, глупая девочка.
Зачем волосы обрезала? Этот вопрос мучает меня до сих пор. Мне чудится, словно из принципа, потому что я любил их. Чтобы сделать больно. В отместку. За что?! А может просто… примета это. Такие волосы большая редкость. Быстро бы нашли. А с короткой стрижкой сложнее.
— Почему не показываешь её, Дэм?
— Ты не просил.
— Разве не просил? — с сомнением.
Пожимаю плечами.
— Вот, прошу. Покажи.
— А зачем? — ревностно стучит внутри.
— Любопытно.
— Нет с собой фото, — зачем-то вру я, хватая ручку, чтобы чем-то занять руки.
— На телефоне нет фотки жены? — округляет он глаза. — Не верю.
Сжимаю ручку. Кулак белеет.
Это всë от того, что внезапно слетел с катушек от его слов про «меценатов». Сердце болезненно сжимается и, сбиваясь с ритма, пляшет в груди. Мне эта мысль невыносима.
Ручка внезапно лопается на излом.
— Демон, извини, — покаянно качает головой Вахтанг. — Я не хотел тебя за яйца дергать. Так ляпнул про другого мужика…
Закрываю на мгновение глаза. Открываю, слепо глядя вперед.
— Всë нормально, Ваха, — контролирую голос. — Поздно уже. Поеду я… Регина, деньги переведу. Пусть отправляет твою Ксюшу. Поезжай домой тоже.
Не торопясь, словно в коматозе, собираюсь домой. Всё время что-то забываю. Внутри неспокойно. Колбасит.
