- При чем тут моя безопасность?
- Короткова, просто делай, как я прошу, - протягивает руку и накрывает ею мою, лежащую на коленях, ладонь, - не болтай, что бываешь в моей квартире, ни про похороны, ни про наше с тобой общение.
По венам растекается горечь. Желая скрыть свое состояние, я потупляю взгляд и осторожно забираю свою руку из его ладони.
- Хорошо, как скажешь…
- Это для твоего же блага.
- Да, я поняла, - открываю дверь и выхожу из машины, - спасибо тебе огромное еще раз.
- Не за что, - летит в ответ.
- Правда, спасибо…
- Иди, не мерзни, - говорит он, очевидно намекая на валящий на мою непокрытую голову снег.
- Пока, - хлопаю дверью и быстрым шагом иду к общежитию.
В душе сумбур и замешательство. С этим Греховцевым иначе не бывает. Умеет он испортить момент!
Ничего я не поняла про мои интересы и безопасность, зато вновь ожили подозрения, что он меня попросту стыдится. Меня не представить друзьям, не познакомить с родителями, и в свет не вывести. Зачем же тогда я ему нужна?
Пропущенные мной лекции не такие важные, по ним экзаменов не будет, но совесть не дает спокойно жить дальше.
Мне во что бы то ни стало, нужно эти лекции переписать.
У Инги их не оказывается, потому что сама она в последнее время ходит через день, поэтому просить я их решаю у старосты. После третьей пары выхожу за ней в коридор, но меня некстати окликает Лилия Андреевна.
- Короткова, у тебя почерк красивый?
- Обычный… в смысле, нормальный, - замешкав, отвечаю я, - а что?
- Завтра после занятий зайди в деканат, поможешь Светлане зачетки заполнить.
- Хорошо, - бросаю, не выпуская из вида удаляющуюся спину старосты Ольги, - я пойду?
Получив разрешение, бегу по коридору, спускаюсь по лестнице на первый этаж, получаю привычное «сука» от Нечаевой, и вылетаю на улицу.
- Оля!
Девушка оборачивается и ждет, когда я ее догоню.
- Ты чего раздетая?
- Я хотела лекции по истории и введению в профессию попросить, - выпаливаю, запыхавшись, и в какой-то момент замечаю на стоянке напротив входа в универ толпу уже знакомых мне старшекурсников.
Три девицы, Рома, парень, который все время с ним ходит и… Греховцев.
Сердце, ухнув в живот, отпружинивает и подскакивает к горлу. Мне даже, несмотря на ледяной ветер, жарко становится.
Он меня не видит. Смотрит на двух девчонок, что-то эмоционально рассказывающих. Фифочки громко смеются и активно жестикулируют, а на лице Германа, как обычно, ни одной эмоции. Хотя, судя по всему, миниатюра разыгрывается специально для него.
