"
"— У меня в садике тоже есть Алеся, она мне нравится. — улыбнулся мальчик и вошёл в кабинет. — А я тут с мамой, она здесь работает, а вы тоже?
— Я тоже. — зевнула Алеся и начала всё-таки собираться уходить, на часах натикало уже девять вечера.
— Можно мне цветы у вас полить? — Рома поднял повыше лейку в руках.
— У меня только фикус, вон в углу. — кивнула на большую кадку Алеся, не понимала она этой любви Оладушкина к комнатным растениям, которых у них в офисе было полно.
Может, пора от них избавиться? Назар то не Оладушкин.
Она улыбнулась мальчишке, подумав, что это, наверное, сын уборщицы, помогает маме.
Когда Алеся проходила по коридору, за приоткрытой дверью одного из кабинетов она услышала женские всхлипы.
— Я не вернусь к нему, мама! Я застала его с женщиной в нашей постели, он ударил меня, мама! Хорошо, что Ромка не видел… В смысле, это его квартира? То есть мне потерпеть?! Если его квартира, то можно любовниц туда водить?!.
. Извини, что попросила у тебя помощи, я тебя услышала, спасибо…
Женщина за дверью кинула с громким стуком телефон на стол и заплакала. Алеся распахнула дверь, увидев Ярославу, перспективного специалиста отдела продаж. Та подняла на неё испуганные глаза и тут же подскочила с места, как и все сотрудники, когда Алеся входила в их кабинет. Миронова не просила, но они всё равно делали.
— Извините, Алеся Алексеевна, я задержалась, нужно доделать кое-что… — залепетала Ярослава, нервно прикрывая правую сторону лица волосами.
— А, может, тебе некуда идти, поэтому ты здесь торчишь вместе с сыном?
— Алеся Алексеевна, я…
— Собирайся, поехали.
Ей не надо было повторять приказ дважды, Стерву все слышали с первого. В лифт Алеся зашла с Ярославой, которая крепко держала сына за руку. Он был такой вертлявый, будто у него в одном месте шило, сначала прыгал по коридору за мамой, потом прыгал на месте в лифте. Ярослава пыталась даже за него извиниться.
— За что? — надменно спросила Алеся. — За то, что он подвижный ребёнок? У него где-то есть кнопка, которая выключит эту функцию?
Ярослава замолчала и больше ничего не говорила, за неё говорил сын, болтая без умолку обо всём, что видел на своём пути и казалось ему интересным. Пока Алеся пристёгивала мальчика на заднем сиденье Порше, он закидал её кучей вопросов про её машину, на которые она терпеливо отвечала.
