Когда его посадили, это светское общество забыло о нём на следующий день, помусолив новую сплетню вечерком за бокалом вина и принявшись за следующую.
Назар не хотел вспомнить это прошлое, и всё равно вспоминал, Алеся заворочалась во сне, он улыбнулся её сонному ворчанию, Стерва даже когда спит всё равно стерва. Зато настоящая, не пластмассовая. Назар тронул её волосы лёгким поцелуем, стараясь не разбудить, осторожно выбрался из постели и пошёл на балкон, подышать свежим воздухом. Выдохнуть груз прошлых ошибок и сделать выводы.
Недавно он чуть не совершил ещё одну ошибку, которая бы не давала спать по ночам и о которой никто бы никогда не узнал, особенно та, что спала в соседней комнате.
* * *Некоторое время назад
Назар стеклянными глазами смотрел на полуголую женщину, что похотливо извивалась на шесте, снимая с себя и так скудную одежду. Он вспоминал себя в первый год после отсидки, который провёл с Тамилой, и не мог точно подсчитать сколько грязных дел натворил, работая на Филина, зато в память отчётливо врезались перерывы между ними.
Назар много бухал, постоянно дрался в местах для того не предназначенных, трахался с Тамилой так, что на ней оставались синяки. Они часто ругались, выясняли отношения, которых по сути и не было. Она — шлюха, что зарабатывает, танцуя на коленях у клиентов, и не только, о чём Назар прекрасно знал. Он — бывший зек, который как будто только и делал, что старался попасть обратно за решётку, где было привычнее. Зверя выпустили из клетки и он не знал, что делать на свободе, кроме как рвать на части всё, что было вокруг от внутренней ярости, даже то, что как будто бы ему нравилось.
Позже его отпустило, Филин во многом помог, наставляя его на путь истинный, с которого Назар постоянно сбивался, вместе они разработали план мести и по нему двигались.
Назар стал спокойнее, с холодным рассудком старался подходить к делу, разминал кулаки только на ринге и не обременял себя постоянными женщинами. Теперь рядом появилась она — стервозина, которая будто всю свою жизнь была одна против всех тех, кто тыкал в неё грязными пальцами, напоминая, что она должна заткнуться и не отсвечивать своим уродством и тем более языком.
Хотя её язык был прямым продолжением её явно высоких умственных способностей. Да, она всего лишь обычная женщина — любит красивую одежду, цветные стекляшки и хочет ребёнка, но единицы из этих обычных женщин остались бы бок о бок с мужчиной вдвоём против всех.
