— Ты такая капризная, Алеська, как маленькая девочка!
— Вот и неси меня обратно! Я дальше не пойду! — топнула она ножкой по тропинке и сложила руки на груди.
— Не жалеешь ты меня, Стервозина, ну, я тебя тоже не пожалею. — вздохнул Назар, подставляя ей свою спину, куда она сразу же запрыгнула, обхватив его ногами и смеясь ему в ухо.
Назар смеялся последним, когда после прогулки затащил её в постель и полтора часа измывался над Стервой, которая балансировала на тонкой грани оргазма, а злой Бандерлог не давал ей её переступить.
Она злилась, пыталась сползти с кровати, отталкивала противное животное, а потом снова будто тонула в нём.
— Хватит, пожалуйста… — наконец, взмолилась Алеся под ним.
— Вот так и надо было сразу через волшебное слово и теперь, чтобы гуляла с удовольствием, а то его будешь выпрашивать. — прошептал ей Назар, вбиваясь в неё как отбойный молоток.
Стерва хотела возмутиться в последний раз, но тут её накрыло так сильно, что она только и смогла открыть рот и выдать из себя стон. Ходила на прогулки после этого она с большей осторожностью, но всё равно капризничала, просто так, чтоб Бандерлог не расслаблялся.
* * *— Вот какая я молодец, что много вещей взяла и купальник тоже. — похвалила сама себя Алеся, спускаясь по ступенькам в большое джакузи на уличной веранде.
Она легла спиной на Бандерлога и обняла себя его огромными ручищами, которые сразу же начали лапать её за грудь. Алеся не выпускала из рук телефон, проверяя размер волны хайпа, которую подняла вокруг ресторанов Бахтиярова птичка-Синичка.
"
"— На официальном аккаунте сети ресторанов и баров массовая травля, ими уже Роспотребназдор заинтересовался, даже приплачивать не пришлось. С лицензией почти всё решено, на следующей неделе отнимут. — усмехалась Стервозина, листая ленты новостей. — В удивительно-абсурдное время мы живём, Назар Александрович, молоденькая сикуха рулит мнением миллионов людей, а эскортницы задают тренды — какие делать носы и губы, как рисовать брови, куда ходить элитарной Москве жрать устриц и снимать элитных шлюх.
— Я когда из тюрьмы вышел, никак не мог привыкнуть к этим губищам огромным под маленькими носами, они что уродинами были до, что после остались.
— Вообще-то, у меня тоже нос подпилен и губы накачены. — фыркнула Алеся, поворачиваясь к нему.
— Эмм… Ну, у тебя очень красиво, не заметно. Тебе, я уверен, и без них красиво было.
Алеся недовольно фыркнула, продолжая штудировать новости, которые сливали бизнес Бахтиярова в помойку.
