Снова звонит, приходится опять сбросить вызов.
– Она сказала, что теперь будет связываться с тобой каждые десять минут.
Даня протягивает мне свой телефон, отшатываюсь, будто он мне гадюку в руки взять предлагает.
– С ума сошёл? Я вообще только за Марком и деньги отдать, – сиплю в ответ.
– Соня… пожалуйста. Она просто скажет, ты передашь мне.
– Что это за игры такие идиотские?
– Не знаю.
Он кладёт телефон мне на колени. Смотрю в окно – кажется, мы едем в направлении выезда из города. Начинает ощутимо потряхивать.
«Софа… я сажусь в машину. Куда вы едете?»
«Я не знаю. Кажется, в сторону Выборгского шоссе».
«Твою мать, я на другом конце города. Еду к вам»
Общение с Дарьяловым хоть немного, но успокаивает. Кстати, о нём.
– Дань… а ты какого хрена полез туда, куда тебя не просили, м? – задаю вопрос вроде бы нейтральным тоном, хотя внутри у самой всё кипит от негодования.
Верниковский сразу понимает, о чём речь. Бросает на меня быстрый взгляд, а сам словно бы сдувается.
– Прости…
– Ещё добавь «Я больше не буду».
Знаешь, после такого ты вообще ко мне на пушечный выстрел подходить не должен.
– Прости, Сонь. Я только и делаю, что косячу.
Ну хоть какая-то здравая мысль.
– Очень хорошо, что ты это понимаешь, Верниковский. И давай уже окончательно договоримся – эта наша с тобой встреча, она последняя будет. Хотя бы на ближайшие пару лет. Тем более, ты собрался уехать.
Он впивается пальцами в руль, сжимает челюсти, но всё же кивает.
– Ты вообще чего дальше со Светой своей думаешь делать? Мне так, чисто для понимания, чего бояться.
– Нечего бояться. Она деньги заберёт и всё. Суд по Марку уже скоро – надеюсь, быстро решат.
– А ты вообще учитываешь, что на неё тогда алименты повесят?
– Учитываю. Света знает, что мне от неё ничего не нужно.
Я начинаю смеяться, потому что звучит это всё абсурдно. Но уродливое веселье исчезает, когда раздаётся звонок и вижу на экране телефона Дани имя – Света.
Меня прошивает чем-то… странным. Снова мысли крутятся о том, что всё это время, все шесть лет, Верниковскому вот так же звонила эта женщина.
Он отвечал ей, договаривался о встречах. О выполнении её условий."
"Мне совсем не нужно об этом думать. Эти мысли не принесут ничего, кроме приглушённой, ещё не исчезнувшей боли. Тем более, мы с Даней сейчас видимся в последний раз, как я смею надеяться.
– Да? – хрипло выдыхаю в трубку и слышу чёткие указания, когда и куда нам повернуть при подъезде к посёлку, слишком хорошо знакомому мне с детства.