— Дай мне свою руку, Энжи, — не столько сказал, сколько промурлыкал этот кошак.
Я высвободила из-под одеяла ладонь и робко протянула ему, ожидая, что он начнёт её сейчас массировать — сначала пальцы, потом постепенно поднимаясь всё выше.
Но вместо этого Тан неожиданно поцеловал меня в ладошку и двумя руками прижал её к своей обнажённой груди в области сердца.
— Я твой, моя госпожа, — тихо и очень серьёзно сказал Тан, гипнотизируя меня своими невозможными фиолетовыми глазами. Я не могла оторвать от них взгляд, чувствуя, как под моей рукой быстро бьётся сердце этого мужчины, и ощущая тепло его тела.
— Твой целиком и полностью, от макушки до пяток. Всё моё тело — твоё. Я дышу, пока дышишь ты. Цель моей жизни — защищать тебя, радовать и дарить удовольствие. Позволь мне баловать тебя и лечить. Не только потому, что я твой раб и обязан это делать. Мне и самому этого хочется. Твой муж называет тебя сокровищем. И я абсолютно с ним согласен. Хрупкая, милая, нежная. Очень красивая.
Не закрывайся от меня, прошу. Просто доверься мне, ладно?
Не в силах говорить, я молча кивнула.
Глава 59
Расслабление
ЭнжиОшарашив своими словами, Тан снова поцеловал мою ладонь.
— А теперь ложись на животик и расслабься, хорошо? Одеяло можешь не скидывать. Пусть оно тебя прикрывает, так ты будешь чувствовать себя комфортнее, — отметил он.
Рэй бросил на него озадаченный взгляд, не понимая, как можно делать массаж закутанному человеку. Но всё же помог мне принять горизонтальное положение.
И даже старательно подоткнул одеялко под бока. Когда голова коснулась подушки, я снова невольно зевнула. А вот потом уже стало не до сна.
Высвободив из-под одеяла одну ногу до колена, Тан заключил мою ступню в широкие тёплые ладони и принялся легонько разминать и поглаживать. Уже от одного этого хотелось мурлыкать. Он не просто разгонял по моему телу счастливые бешеные мурашки, он ими командовал, чувствуя моё тело как своё собственное.
Чтобы не издавать неприличные стоны, уткнулась носом в подушку.
Я плавилась от удовольствия, когда Тан массировал каждый пальчик на ноге, один за другим, и растирал свод стопы. Потом скользнул руками до колена, разминая голень и лодыжку, поставив мою ступню упираться в стальные кубики его бархатистого пресса. Затем вернулся назад, к пальчикам.
Даже от обычного прикосновения его рук по коже проносились приятные электрические импульсы, словно от наэлектризованной кошачьей шёрстки.
