Но у Попова могли в нашем доме жить родственники, знакомые какие-то, я не знаю.
– Да-да, именно в вашем подъезде. Вы сами-то в это верите? Но чтобы закрыть наконец этот вопрос, скажу, что мы опросили всех жителей вашего подъезда. Никто из них не имеет даже самых отдаленных родственных связей с погибшим, никто его не знает, так что шел он именно к вам. Больше не к кому.
– Ну хорошо. На мгновение представим, что он шел к нам, хотя я никак не могу понять, зачем ему было это надо и откуда он узнал адрес. Но пусть. Допустим, он шел к нам и в подъезде напоролся на убийцу, который подстерегал Бориса, в темноте принял за него Павла, потому что у него такая же куртка, нанес удар, а потом понял, что перепутал, и убежал.
Такое могло быть?
– Теоретически, конечно, могло, – согласился следователь. – Но пока вы оба не вспомните, зачем Павел Попов собирался с вами встречаться, мы все равно не сдвинемся с мертвой точки. Он шел к вам. Это неоспоримый факт. Он шел к вам, и кто-то его убил. Давайте начнем сначала.
Зачем именно вы назначили ему встречу?"
"– Я никакой встречи не назначала, – Дина чуть не плакала.
– А если не вы, а Борис Посадский?
– Послушайте, – Дина как-то разом устала. То ли от бестолковости следователя, то ли от своего неумения все правильно объяснить. – Я не знаю ни о каких назначенных встречах. Мы простились на перроне без всяких намеков на возможное продолжение знакомства. И, если честно, меня сейчас гораздо больше беспокоит тот факт, что Борису грозит опасность. Я убеждена, что избавиться хотели от него.
Или ограбить. А Попов, что бы он ни делал в нашем подъезде, погиб по ошибке.
– Ограбить? Это интересно, – следователь перегнулся через стол и теперь смотрел Дине прямо в глаза. – А что такого ценного имел при себе господин Посадский, ради чего стоило бы его убить?
Дина прикусила язык и даже ущипнула себя за руку, чтобы не проболтаться. Чужие тайны выдавать нельзя, это простое правило она усвоила еще в детстве. Ее дед искренне считал, что нет ничего хуже стукачества.
Прохладный металлический тубус с сапфирами, убранный сегодня утром в сейф, казался таким осязаемым, что у Дины даже похолодели пальцы. Нет, она не будет о нем говорить, пока не узнает, законно ли то, что Боря выносил продукцию со своего завода и таскал ее в портфеле.
– У каждого человека есть, за что его могут ограбить, – сказала она как можно беспечнее. – Борис – человек состоятельный. По его внешнему виду понятно, что у него при себе могут быть деньги.
