И в подъезде Павла мог поджидать убийца, прекрасно осведомленный о том, какую ценность будет иметь при себе Попов, – подытожила Дина.
– Получается, Павла убил Веня?
– Нет, не получается. У Вени алиби. Он весь вечер не выходил из квартиры. Я думаю, что Павла убил тот, кто был заинтересован в краже ктубы. Человек, который был знаком с Вениамином и знал, что Попов обратится к старому профессору за консультацией. Понимаешь, у Вени был сообщник, вернее, руководитель. Тот, кто придумал и реализовал убийство. Тот, кто потом приходил к профессору и довел его до сердечного приступа.
Тот, кто спрятал в квартире Бондаренко бюст Пушкина – орудие преступления.
– И кто же этот черный человек? Хотя, я думаю, что это следователь легко выяснит у Вениамина.
– Это твой бывший друг и коллега Макс, – выпалила Дина.
Борис в трубке закашлялся от неожиданности.
– Макс? Да он-то тут каким боком? Он просто завистливый мерзавец, мечтающий стать компаньоном, но не убийца. Да и с Вениамином он не мог быть знаком.
– А вот и ошибаешься, – торжествующе сказала Дина.
– Они были знакомы прекрасно. Мне об этом Лена сказала.
– Лена? Когда?
Дина поняла, что пропала. В пылу так интересующего ее разговора она проболталась о своем разговоре с Леной и сейчас Борис вцепится в нее мертвой хваткой и обязательно вытащит все остальное.
– Сегодня утром, – промямлила она. – Она позвонила мне по телефону. Понимаешь, Борь, она была очень напугана, потому что начала подозревать, что Веня может быть причастен к убийству.
Дело в том, что она видела у него ктубу.
– Что-о-о? – взревел Борис в трубке. – Ктубу? Ты в этом уверена?
– Она сказала, что видела старинную бумагу с загогулинами, которую именно Макс просил оценить у старого профессора. Вряд ли это совпадение.
– Да уж, таких совпадений не бывает. – Борис немного помолчал. – Слушай, Резникова, а ты сейчас где?
– Я? – спросила Дина, чувствуя, что голос ее поехал куда-то в сторону и вверх. Она всегда «давала петуха» перед тем как соврать. – Я вышла прогуляться.
А что?
– Нет, ничего. И где именно ты гуляешь?
– Что за допрос? – столь же фальшиво возмутилась Дина. – Какая тебе разница, где я гуляю. По улице. Тут красиво, тепло и птички поют, потому что скоро весна.
– Ты мне зубы не заговаривай, – ласково сказал Борис, но эта показная ласковость и бархатность голоса не сулили Дине Резниковой ничего хорошего. – Я спрашиваю, где ты? Я приеду, и мы с тобой все обсудим с учетом вновь открывшихся обстоятельств.
