– Владимир Николаевич показал свое удостоверение, и лицо молодого человека словно заострилось и вытянулось.
– Что-то случилось? Кто-то из клиентов Ефимия Александровича втянул его в какую-то грязную историю?
– Почему вы так считаете? – Следователь смотрел остро и недобро, и Дина не могла не отдать ему должное, нюансы в разговоре он схватывал на лету. – У вас есть основания думать, что профессор Бондаренко мог иметь отношение к криминалу?
– Ой, боже мой, ну конечно же, нет. Профессор вообще человек исключительной порядочности.
Просто все эти его, с позволения сказать, клиенты… Понимаете, ему нужны деньги для того, чтобы обеспечивать себе уровень жизни, к которому он привык. Он покупает продукты, заказывая их доставку в недешевых магазинах, содержит эту немаленькую квартиру, если выходит из дома, что бывает, конечно, нечасто, то передвигается исключительно на такси. Медицина сейчас, знаете ли, тоже недешева. В общем, пенсии и переводов за научные труды ему, естественно, не хватает, поэтому он и занимается частным консультированием коллекционеров.
Нет-нет, все в рамках закона, разумеется. Но только все эти люди, они очень, – он помялся, подыскивая подходящее слово, – разные. И я не в восторге от этой деятельности Ефимия Александровича, потому что много раз предупреждал его, что он может влезть в какую-то нехорошую историю. А в его возрасте и с его здоровьем это небезопасно. Уж лучше заниматься чистой наукой.
– Егор, кажется, вы сказали, что вас так зовут, – решительно вмешалась в разговор Дина.
– Я считаю, нам нужно перестать болтать и начать действовать. Для начала вы можете позвонить профессору и спросить, где он? Может быть, мы вообще напрасно волнуемся.
– То есть вы думаете, что, не застав профессора дома, я ему не позвонил? – саркастически спросил у Дины Бекетов.
– Я ничего не думаю, но допускаю, что на ваш звонок Бондаренко мог и не ответить, а на вызов Егора возьмет трубку.
Однако ее надеждам не суждено было сбыться.
– Второй вопрос, у вас есть ключи от квартиры вашего научного руководителя?
Лицо аспиранта выражало неподдельное изумление.
– Что-о-о? Ключи? Конечно, нет. Профессор всегда был очень осторожным человеком и довольно закрытым. Разумеется, он не давал мне ключей."
"– Послушайте, Егор, – ласково сказала Дина. – Бондаренко – человек пожилой и одинокий. В любой момент с ним могло что-то случиться, к примеру, он в больницу попал. Не может же так быть, чтобы ни у кого, кроме домработницы, не было запасных ключей от его дома.
