Ступню обожгло холодом – озеро питалось глубинными ключами, прогреваясь лишь у поверхности да на мелководье. Смолка, пившая с бережка, негромко заржала. Я обернулась. Мои сапоги чинно стояли на песочке, рядом с узловатым корнем нависшей над водой березы.
…только обувка на берегу осталась…
– Зараза… – почти беззвучно шевельнула я мгновенно пересохшими губами. – Леший тебя побери…
За спиной что-то булькнуло, плеснуло, зашуршало чешуей, и в потемневшей воде отразилось толстое зеленое тело.
Медленно, очень медленно, делая над собой гигантское усилие, я повернула голову.
Сквара распахнула пасть, полную зазубренных крючковатых зубов, и мерзко, въедливо зашипела.
Длинное змеевидное тело с пятью парами шипастых плавников высоко подняло над водой бугорчатую, жабью голову, покрытую чешуей и длинными, непрестанно шевелящимися выростами толщиной с палец, походившими на развевающиеся волосы. В желтых немигающих глазах пульсировали мутные зрачки.
В самой широкой части туловища сквару с трудом смогли бы обхватить двое взрослых мужчин – и они же с легкостью поместились бы у нее в желудке.
Впрочем, я сомневаюсь, что кому-то захочется обниматься со скварой; лично я рекомендую попотчевать ее горстью жидкого пламени.
Мощь огненной стихии не пришлась водяной твари по вкусу. Отшатнувшись, она с рявканьем захлопнула обожженную пасть и скрылась в омуте, чиркнув раздвоенным хвостом по мелководью.
Преследовать сквару под водой не имело смысла. Заведись она в том самом, безжалостно осмеянном мною пруду, я бы не пожалела сил и времени на публичную экзекуцию людоедки, ибо нечего всякой зубастой гадости делать посреди плодородных угодий достославной деревеньки.
Озерная же сквара беспокоила меня в последнюю очередь. Пусть себе резвится в родимом водоеме, чем успешно занимались до последнего времени ее предки и соплеменники, и слыхом не слыхавшие о подрастающем поколении Россох. Причина феномена занимала меня куда больше, чем его вострозубое следствие. Посему не стоит тратить время на ловлю сквару в мутной воде (а она там не одна, ручаюсь) – лучше выяснить, что же произошло, и пресечь непорядок в самого корне.
Оскорбленная невниманием, можно даже сказать, возмутительным пренебрежением потенциального ужина к царице водоема, сквара (та же самая или другая) предприняла вторую попытку пополнить мною свой скудный рацион, и успокоилась, лишь получив пульсаром в левый глаз."
"Свистнув кобыле, я пошла по воде вдоль берега.
