Главное, не говорить ребенку, что именно тебя интересует, не то кошки и ригенники будут сидеть на каждом заборе."
"Так что я подловила мальчишку за переборкой сухой фасоли и, пристроившись рядышком, за компанию лущила колючие стручки, исподволь выведывая сельские новости.
– А поле у леса – оно чье? – как бы между прочим спросила я, высыпая в миску горсть скользких зерен.
Мальчик посмотрел на меня как на ненормальную:
– Окститесь, госпожа ведьма, какое поле? Отродясь ничего у леса не садили, туда и по ягоды-то ходить боязно – там волков пропасть.
Месяца не пройдет, чтобы у кого-нибудь овечку или телушку не задрали, собаками и теми не брезгуют. Про курей уж и не говорю, по осени половины недосчитываемся.
– А люди не пропадают?
– Всякое бывает, – степенно ответил мальчик, подражая отцу, – больше заезжие, что по незнанию к волкам в пасть лезут, а те и рады. В том месяце рыцаря в полных доспехах при мече съели, когда лошадь, сдуру в лес ускакавшую, искать пошел. Нашел, поди, – под вечер вернулась, а в правом стремени – сапог с ногой отгрызенной.
А еще раньше колдун вроде вас приезжал, ночью вышел во двор и сгинул.
– Постоянного мага, как я понимаю, в округе нет?
– Почему? Есть, – огорошил меня мальчишка, – за два села отсюда, ежели на восток трактом. Звали и его на свадьбу, только он делами да нездоровьем отговорился.
– Маг или знахарь? – уточнила я.
– Колдун, взаправдашний! У него и грамотка из столицы есть.
«Грамотка из столицы», скорее всего, была дипломом Школы. Да, вот уж не повезло кому-то с распределением.
– Ладно, проводи меня на кладбище, – без особой надежды на успех попросила я. Интересная история получается – дайн определенно видел пшеничное поле, как и я. Может, на него наложены какие-то чары, отводящие глаза селянам, но не магам? Приманка или недочеты маскировки?
Мальчишка согласно кивнул и в прорези ворота на мгновение показался круглый кусочек дерева на витом шнурке.
– Что это?
– Оберег, от упырей. Да у нас все их носят, колдун продает.
Я скептически хмыкнула.
Плутоватый маг тоненько порубил дубовую ветку толщиной в серебряную монету, украсив кругляш черной руной «Изыди» – вероятно, для предъявления грамотным упырям. Остальные с превеликим удовольствием воспользовались бы «оберегом» вместо зубочистки.
– Что ж, веди. Проверим его в деле, – оптимистично заявила я, вскидывая на плечо лямку сумки.
Мальчишка почему-то не разделял моего восторга и всю дорогу только путался под ногами, не решаясь отойти ни на шаг.
