Сначала я, как и все женщины – по именам он их принципиально не называл, не допуская кощунственной мысли о существовании женского интеллекта, удостаивалась от тролля лишь крепких эпитетов вроде «ваараки» и «хвыбы»; потом, чтобы хоть как-то выделить меня из общей массы и смягчить мой праведный гнев, Вал начал добавлять к ним уменьшительно-ласкательные окончания: – чечка, – ченька и т. д. Но и этот вариант меня не устраивал. Перебрав бессчетное множество слов, неуместных в общественных заведениях, мы остановились на нейтральном «цыпа».
– С бутылью пришла, а сок заказывает, – хмыкнул Вал, заметив оплетенное горлышко, выглянувшее из висящей у меня на плече сумки.
Ах да, бутыль. Проклятая бутыль крепчайшей травяной настойки, которую как-то надо пронести через Ворота. Дорогая, между прочим, последние деньги отдала, и то продавец уступил.
– «Ворожейка», – восхищенно облизнулся Вал. – Настоящая?
– А ты как думаешь? Смотри, печать на горлышке цела, – я вытащила бутыль и поставила на стойку ближе к троллю.
– С вами, колдунами, ни в чем нельзя быть уверенным, – протянул Вал, сглатывая набежавшую слюну, – вы и старую хвыбу девицей сделаете.
Я пожала плечами, равнодушно кивнула на бутыль:
– Ну проверь.
– Налила небось какой-нибудь гадости, – недоверчиво ворчит Вал, а бутыль уже зажата у него между коленями, и он, пыхтя, пытается расшатать и вытащить пробку. Под смуглой кожей ходят тугие комья мышц. Выбивать пробку столь драгоценного напитка лихим ударом по днищу ценителю вин не гоже.
Наконец пробка поддается, из горлышка бутыли выходит легкий дымок, Вал втягивает его широкими ноздрями и зажмуривается от удовольствия.
– Попробуй, – царственным жестом предложила я, про себя подумав: «водой долью».
Тролль разочарованно вздохнул и вогнал пробку на место. Что для него один глоток? Только язык дразнить, а с деньгами у Вала сегодня не густо, иначе не стал бы заказывать низкопробную брагу, травиться которой после «Ворожейки» – кощунство.
Я отхлебнула глоток сока, посмаковала, и меня осенила идея.
Дурацкая, конечно.
– Знаешь, выпей все, – разрешила я.
От удивления Вал чуть не уронил бутыль:
– Серьезно?
– Пей, пей. За мое здоровье.
– Ты что, яда туда подсыпала? – подозрительно спросил Вал, разглядывая бутыль на свет.
– Не хочешь – не надо, – я повернулась лицом к залу и призывно помахала рукой. – Эй, ребята, кого «Ворожейкой» угостить?
Завсегдатаи наперегонки рванулись к стойке, но наткнулись на ощетинившегося Вала.
