Крылатая тварь, издав полный боли вопль, пылающей тушей рухнула вниз, похоронив под собой парочку сороконожек и одного хирита, взвизгнувшего от боли.
– Родерик! Придумал, что-нибудь? – поторопила я замершего в ужасе Хранителя, безотрывно следящего за облачком мошкары, которую он риктами назвал.
Бросила мимолётный взгляд в ту же сторону и застыла, подобно Хранителю. То, что совсем недавно было мелкой, противно зудящей мошкарой, почти неразличимой по отдельности и воспринимающейся только в единой массе, теперь отличалось самостоятельностью вполне различимых единиц, создающих эту массу.
Каждый рикт был отдалённо похож на самого обычного комара, только сейчас его тело было уже размером с мизинец и, если меня не обманывали глаза, продолжало расти. Два узких и длинных крыла, словно наполненные тьмой изнутри, искрили острыми краями в магических всполохах, и отблески пламени тлели в их глубине, вместо головы у них было какое-то сплошное скопление подвижных хоботков или щупальцев, так сразу и не разберёшь, которыми они жадно присасывались к нашему щиту, вытягивая из него… магию!
Почти безупречный щит… не будем сейчас говорить об изяществе исполнения магического плетения, но что касалось его функциональности – он был безупречен, так как его подпитывал безграничный магический резерв… так вот, эти мелкие твари разрушали его! Нашу единственную защиту нагло сжирала это богами проклятая мошкара!
Я видела, как к каждому щупальцу протянулась тонкая магическая нить, через которую энергия уходила в риктов, питая их и увеличивая в размерах.
В этом месте щит начинал истончаться, шёл рябью и подозрительно мерцал, словно мыльный пузырь, готовый вот-вот лопнуть. Это был какой-то замкнутый круг – рикты питались магией щита, щит питался от магических потоков, в теории неиссякаемых, соответственно, у риктов был бесконечный доступ к магии.
Чем больше они поглощали магической энергии, тем быстрее росли и видоизменялись прямо на глазах - из нижней части туловища появилось два нитевидных хвоста, набирающих длину и толщину, превращаясь в смертельное оружие: если такие живые ленты обовьются вокруг шеи, то из этой ловушки уже будет не выбраться; из брюха риктов, разрывая отливающий антрацитом плотный панцирь изнутри, начали вылезать игольчато-подобные лапы, и что-то мне подсказывало, что не для бега их будут использовать…
В тихом ужасе вцепилась в Нортхэрда.
Сам виноват – засунул за спину, пусть теперь терпит.
