– А ты, Глеб, запомни: обидишь Ксюшу, так легко не отделаешься! Жаль, что в тебе оказалось так мало чести, раз ты сделал беременной чужую женщину!
С этими словами он, развернувшись, шагнул в лифт, оставив меня в полном ступоре. Муж Ксении – вот кто это был! И судя по его словам…
Глеб соврал мне.
Он ведь говорил, что у него ничего не было с Ксюшей! Как же так?! И как ему теперь верить?!
– Мусь, ты не так поняла! – поднялся с пола Глеб, куда его отбросил Осман. – Не знаю, что ему взбрело в голову, но это всё неправда! Я никогда не был с Ксюшей!
– Это меня не касается, – отрезала я, пытаясь не дать глупым слезам пролиться.
– Касается, черт возьми! – сорвался он на эмоции. – Мне всё равно, что думает Осман, но думать тебе подобным образом о себе я не позволю! Черт! – поморщился он, дотрагиваясь до скулы, на которой от удара лопнула кожа.
– Господи, Глеб! – очнувшись, подбежала я к нему. – Идем в ванную! Нужно всё обработать.
У меня аж сердце сжалось от его вида! Весь побитый, глаз начал заплывать, а про скулу я вообще молчала.
– Этот мужик просто варвар! – вырвалось из меня.
Светлая футболка Глеба была в каплях крови, так что я помогла ему стянуть ее и достала аптечку из шкафчика.
– Горячая восточная кровь, – поморщился он, когда я приложила к ране ватку с антисептиком. – Не понимаю, что у них такого случилось, что он решил, будто я – отец ребенка Ксюши! Да она души в этом придурке не чает! – в сердцах воскликнул он.
– Может, поругались? – сделала я предположение.
– У них типа перерыв, – поделился он.
– Видимо, Осман решил, что он как-то связан со мной. Нужно съездить и узнать, что там у них произошло…
– Никаких съездить! Ты сейчас примешь обезболивающее и ляжешь! – видя, что настроен он серьезно, отчеканила я. – Никаких поездок в твоем состоянии!
– Да я в порядке, Мусь, – попытался он успокоить меня, но я видела, что это далеко не так.
Кулаки у его друга были что надо. Представляю, что будет с его лицом завтра!
– В порядке или нет, но из дома ты не выйдешь! – заклеивая пластырем рану на его лбу, твердо заявила я, давая понять, что спорить бесполезно.
Опустив невольно взгляд, я замерла, любуясь его накачанным торсом. Только сейчас я осознала, что Глеб был полураздет и находился на уровне моего лица благодаря тому, что сидел на краешке ванны. У меня аж дыхание перехватило от этой близости и осознания того, что мне нужно лишь наклониться, чтобы коснуться его губ своими.
– Как скажешь, Муська, – неожиданно нежно прошептал он, капитулируя.
