Меня спасали деньги, что я откладывала в то время, когда работала горничной и получала от Глеба зарплату. Деньги мне тогда было не на что тратить, ведь еду и кров мой щедрый хозяин мне предоставлял.
Так что, уйдя от Глеба, я жестко экономила, ведь дополнительного заработка не имела.
Вернуться в кондитерскую, в которую устроилась, еще не могла, Вася была слишком мала, чтобы оставлять ее с кем-то. Да и смысл, если вся моя дневная выручка уходила бы на няню?
Вот с такими невеселыми мыслями я продолжала катить коляску по торговому центру.
Как могла пыталась не думать о плохом, но мысли то и дело заполняли голову.
Старые страхи вновь остаться на улице не давали расслабиться и отпустить ситуацию.
– Маря? – неожиданно окликнул меня знакомый женский голос, заставив затормозить. – Господи, Маря!
– Привет, – неуверенно улыбнулась я, пытаясь скрыть нервозность.
Передо мной стояла Ксюша. Наша близкая подруга с Глебом. Вернее, его подруга. Своего у меня ничего не было. Даже друзей.
– Привет? Это всё, что ты можешь мне сказать?! – возмутилась она.
– Как ты могла пропасть?! Ты хоть знаешь, как мы переживали? Как искали тебя! Глеб с ума сходил от беспокойства!
– Ксюш… – не зная, что сказать, прохрипела я.
– Господи! – смотря в коляску, сказала она. – Это ваша? Ты родила от Глеба?!
– Ну что за глупости, Ксюш? Ребенок и я? Как ты себе это представляешь? Я просто работаю няней, вот и… – пыталась я убедить ее, но бывшая подруга тут же оборвала меня:
– Я же не слепая, Маруся! Да один взгляд на девочку, и становится понятно, что она ваша с Глебом!
– Ну что ты придумываешь, Ксюша? – пыталась я непринужденно рассмеяться.
– Откуда у меня ребенок? Не думаешь же ты, что я стала бы скрывать такое?
Говорила я всё это настолько правдоподобно, что невольно верила сама себе.
– Просто ты так неожиданно исчезла… – неуверенно протянула она. – Ребенок бы объяснил твое бегство.
– Бегство? – скептически усмехнулась я. – Я свободный человек, Ксюш. Глеб не брал меня в рабство. Когда я поняла, что наши отношения никуда не ведут, я предпочла молча уйти.
Я с самого начала знала, какой Глеб. И тем не менее имела глупость ввязаться в эти отношения. Впервые в жизни поддалась голосу сердца, а не разума, и сама видишь, что из этого вышло.
– Ты не права, Марусь, – покачала головой Ксения. – Ты не знаешь, в каком состоянии был Глеб. Как искал тебя. Думал, с тобой что-то случилось.
– Со мной всё отлично, как видишь! Живу, работаю, скоро собираюсь замуж, – зачем-то соврала я.
