Она жуть как это не любит, – аккуратно передавая на удивление спокойную дочку Глебу и удобнее устраивая ее у него на руках, прошептала я.
Картина того, как он держит ее, снова довела меня до слез, которые уже подступили к глазам и готовы были вот-вот сорваться. Я даже представить себе не могла, что моя мечта увидеть дочь в руках отца сбудется при таких трагических обстоятельствах.
– Какая ты у меня хорошенькая… – донеслось до меня его воркование. – Вся в маму."
"Я и забыла, каким нежным и заботливым он может быть.
Плохое смыло хорошее. Обида на его нежелание делать меня чем-то большим, кроме как сожительницей, была сильнее его доброты ко мне.
Вася закряхтела, чем отвлекла меня от тяжелых мыслей и полностью переключила мое внимание на себя.
– Надо будет снова отъесть эти щечки, да? – продолжал ворковать Глеб.
Было странно видеть его таким. То, что он сразу принял дочь, поверив мне на слово… Он ведь должен был сначала проверить мои слова, так? Неужели сомнения не посещали его голову? Сколько на этом свете женщин, воспользовавшись доверием мужчин, обманывали их, выдавая чужого ребенка за…
– О чем ты думаешь? – прервал Глеб мои размышления.
– Ни о чем, – соврала я, нервно облизывая губы и вздыхая. Не стоит ему знать о моих сомнениях. Поверил и поверил. Мне же лучше, не нужно ничего доказывать с пеной у рта. Неизвестно, как бы я отреагировала, потребуй он провести анализ ДНК.
– Я слишком хорошо тебя знаю, Маруся. – испытывающе глянул он из-под бровей. – И я очень не люблю, когда ты мне врешь.
– Почему ты так просто мне поверил? – понимая, что этот вопрос не даст мне покоя, спросила я.
Не знаю почему, но мне было важно знать это.
– Потому что я знаю твою натуру, Муся. Даже ради денег и помощи ты не стала бы выдавать чужого ребенка за моего. Будь она чужая, ты бы просто вернулась ко мне, зная, что я не откажу тебе.
– Это было бы слишком самонадеянно для меня, – невесело хмыкнула я.
– Почему? – в полном недоумении свел он брови на переносице.
– Потому что миллионеры, а тем более графы, не станут ждать бывшую любовницу, чтобы принять ее обратно и решить все ее проблемы.
– Я никогда не считал тебя любовницей! – недобро сверкнул он глазами в мою сторону. – Я всегда считал тебя особенной, родной… Кем-то, кто понимает меня и поддержит, и кого поддержу я.
