Подносит ладонь ближе к глазам, потирает пальцы, собрав их в щепотку.
– Странно, – выдает то, что становится очевидно и мне. – На мониторах пыли нет, а на столе под ними есть…
– Что вы хотите этим сказать? – недовольно поджимает губы завуч. – Просто технику принесли сюда всего пару дней назад. Пыль не успела осесть.
– Техники тут не было, Варя, – пищит рыжуля, глядя на тётю большими испуганными глазами. – Я бы запомнила такое.
– Саша права, мониторов здесь не было, – чеканит Макс. На меня не смотрит, следит за девчонкой.
Пристально так следит, будто беспокоится за нее. – А телефон Мамаевой, да, признаю, я разбил.
– Зачем? – цепляется к словам завуч, явно пытаясь перевести тему. – Мало вы уже урона нашей школе нанесли своими вечными потасовками?!
– Это наше личное дело, – твердо отвечает сын, сжимает кулаки и заодно челюсти. – Сами разберемся. Телефон – не собственность школы.
Ловлю момент, когда Саша и Макс переглядываются. Затравленный взгляд девчонки и легкий кивок сына. Что-то они скрывают.
Что? Выясним.
– Насколько я помню, летом по всей школе было установлено видеонаблюдение, – напоминаю о спонсорских средствах, потраченных на благо учебного заведения. – Поэтому предлагаю поднять все записи и проверить, кто нам говорит правду.
– Вы что мне не…
– Не обсуждается, – не даю завучу открыть рот.
Достаю мобильник и набираю Евдокимова.
Начальник безопасности снимает трубку после второго гудка.
– Максимыч, пришли в школу парней, нужно проверить камеры и закрыть один вопрос, – отдаю команду.
Сбрасываю и поворачиваюсь к бледной, как моль, даже бледнее, чем Пригожина, заместительнице директора. – Татьяна Васильевна, надеюсь, предупреждать не нужно, что исчезновение записей будет прямым доказательством вашей вины. И здесь, – обвожу помещение взглядом, – тоже не советую ничего трогать.
– Демьян Константинович, но…
– Если выяснится, что виноваты дети, – киваю на ребят, вновь не давая ей открыть рот, – я лично покрою ущерб. В двойном размере. Если же нет…
– Зачем же? Мы можем замять…
– Нет, уже не можем, – отвечаю твердо.
После чего перевожу взгляд на Пригожину. – Пойдемте, Варвара, отвезем вас с Сашей домой. Выглядите вы, прямо скажем, неважно.
– Спасибо. Мы сами…
Блондиночка нахохливается, как воробей, готовый воевать до последнего, но я не даю ей ни шанса.
– Не обсуждается.
– Знаете что?! – задирает голову, сверкая глазами.
– Знаю, – давлю голосом, а сам внимательно изучаю ее лицо с близкого расстояния. Между нами меньше метра.
