Позорить меня! Но я пристегнут наручниками, не рыпнуться. А на все просьбы водителю меня отпустить, лишь угроза вырубить поступает.
Остается только молча кипеть и смотреть. И, оказывается, есть на что! Мою тихоню-жену вместе с рыжей мелкой дурой, ее племянницей, Крылов, в свою личную машину, аки барынь, сажает. И говорит так, что даже я слышу, чтоб Варька его ждала вечером.
Моя жена своего ёб..ря вечером!
Вот гадина! Проститутка! Шлюха!
Меня на части разрывает от бешенства, правда, через час, когда в подвал, как мешок с картошкой скидывают, а потом за связанные руки к крюку в потолке подвешивают, становится не до жены-подстилки.
Тут бы самому уцелеть…
Следующие часы, дни сливаются в один непрекращающийся кошмар.
Издеваться Терем умеет. Этот псих меня не бьет, но морально ломает так, что крыша ехать начинает. День, ночь – ничего не понимаю. Я даже на дурку и смирительную рубашку уже согласен, только бы этот монстр угомонился.
Выдохнуть получается, когда меня к мировым судьям везут, развод оформлять.
Встречи с Варькой жду с предвкушением. Раз больше не на ком, так хоть на этой сучке, что строила из себя тихую овечку, отыграюсь.
Не получается. Эта дрянь приезжает впритык по времени. Еще и не одна. С адвокатом. И тот нас даже на секунду одних не оставляет.
Решаю на него забить, Варвара все-таки пока моя жена.
– Ну что, дрянь, – говорю ей с ледяной улыбкой, – перед богатым мужиком ноги раздвинуть вздумала, шлюха?
Жду, что испугается, будет мямлить, но эта стервоза подбородок задирает и, глядя мне в глаза, без стыда и совести заявляет:
– Перед мужиком, Коленька.
Перед настоящим мужиком я ноги раздвинула. Ведь ты-то у нас даже не он, как оказывается. А так… кучка вонючего говна.
– Чего?!
Ух как меня вскидывает!
Только сделать ничего не успеваю. Как и сказать.
С выбитыми зубами вообще хреново разговаривать.
А после меня снова к Терентьеву возвращают, и я уже не надеюсь, что выживу. В какой-то момент, когда этот псих Тимур сподабливается ко мне спуститься, даже интересуюсь:
– Вы меня убьете?
Сам себе не верю, но в голосе звучит надежда.
И такое бывает, да.
Но Терем только усмехается:
– Убивать тебя? Зачем? Какой мне прок с мертвеца? Ты разве в виде трупа мне долги вернешь? Нет, – отвечает он сам себе. – Так что готовься жить долго, Коля. Пока все сворованные у меня бабки не отработаешь…
Глава 39
ДЕМЬЯН
Едва за коммерческим директором и его помощником закрывается дверь, как раздается звонок. Срабатывает внутренний служебный телефон.
