Наша Рыжик – очень тактильная девочка. И мы с мамой это хорошо знаем.
Но посидеть особо не успеваем. Возле дома с тихим шорохом паркуются сразу три черных внедорожника. Хлопают дверцы.
– Ой! – выдает мамочка, выглянув в окно. И тут же за сердце хватается. – Бандиты! Убивать приехали! Как в кино по «Домашнему».
– Бабуль, это не бандиты, – смеется Саша и спешит ее успокоить. – Это Демьян Константинович с охраной. Он очень хороший, я ж тебе про него рассказывала. Он – тот самый крутой перец, что вслед за Варей в школе шороху навел, чтоб деньги с родителей просто так не брали.
"
"– Да-а-а? – мамуля прищуривается и внимательнее изучает «перца». – Какой приятный молодой человек…
Стараюсь не захохотать в голос и, ни к кому конкретно не обращаясь, бормочу:
– Пойду-ка выйду. Спрошу, что хотел.
– Нет, не пойду-ка выйду, а в дом гостя приглашай, – настаивает мама. – Что ж мы – нелюди какие? Надо ж мужчину накормить.
Честно, не верю, что Крылов согласится. Но он…
Он соглашается:
– С удовольствием, Варюш.
И идет следом за мной.
А потом в сенях меня за руку ловит и на себя дергает.
Дальше сумасшествие какое-то случается. В меня врезаются мужские губы.
А я… Я же много раз целовалась. У меня даже муж… был…
Но с Крыловым… Я никогда не чувствовала, что нужна кому-то так сильно. Как воздух. Потому что воздух – это жизнь. И я – тоже жизнь. Для него.
Демьян, как варвар, сминает мои губы. Проталкивает свой язык в мой рот. Прёт так, что стукается о мои зубы своими. И не отступает.
Целует жадно, страстно, ненасытно…
Небо, как же он меня целует!
Глаза сами собой закрываются и пол уходит из-под ног…
Но я не падаю.
Я ему отвечаю.
Так же бешено, потеряв контроль.
Глава 38
НИКОЛАЙ
– Ну здравствуй, Прига. С возвращением, – произносит Евдокимов сухо, как только моя нога покидает тамбур вагона и ступает на перрон Ладожского вокзала.
Сам начбез приехал встречать?
То, что дела мои хреновы, к бабке не ходи.
Но все равно стараюсь держать лицо:
– Добрый день, Петр Максимович.
Евдокимов на улыбку не отвечает, как и руку не жмет.
Смотрит холодно, изучающе. Явно просчитывает, как я себя сейчас поведу.
Похоже с тем, что день добрый, я немного поспешил.
Евдокимов это и подтверждает.
– Сам пойдешь? Или дурить будешь? – кивает в сторону парней.
Тех двое. Рассосредоточены. С виду расслаблены, но это видимость. Оба наготове. И не факт, что где-то поблизости нет других.
– Сам.
– Ну хоть так.
Петр Максимович ведет подбородком, без слов указывая направление.
