Мама выпрямляется и говорит как можно спокойнее: – К счастью, я поговорила с ним. И он согласился тебя простить, несмотря на твое распутное поведение.
Во мне вспыхивает гнев.
– Как ты можешь так говорить? Если я не хочу быть с ним, ты меня не заставишь. Какое имеет значение, из какой он семьи? С ним я не могу быть счастлива – вот что имеет значение. Как ты смеешь говорить с ним об этом! Я взрослый человек!
Протискиваюсь мимо нее, чтобы открыть дверь. Хардин следует за мной, и это вызывает у мамы бурю негодования.
– Ты вообще не представляешь, как это смешно! И ты еще появляешься здесь с этим… этим… панком! Посмотри на него, Тесса! Это что, твой бунт против меня? Я сделала что-то, из-за чего ты меня ненавидишь?
Челюсти Хардина сжимаются, он засовывает руки в карманы.
Если бы она знала, что отец Хардина – ректор CWU и у него куда больше денег, чем у семьи Ноя! Но этого я ей не скажу, потому что это не имеет никакого отношения к делу.
– При чем тут ты! Почему ты считаешь, что это связано с тобой!
Наворачиваются слезы, но не хочу, чтобы она видела.
Ненавижу, что я плачу, когда злюсь, от этого я кажусь слабой, но ничего не могу с собой поделать.
– Правильно, дело не во мне. Дело в твоем будущем! Ты должна думать о будущем, а не только о своих чувствах. Я понимаю, это кажется весело и интересно, но с ним у тебя нет будущего, – указывает она на Хардина. – Не с этим… уродом!
Прежде чем я понимаю, что делаю, я бросаюсь вперед. Хардин хватает меня за локти, оттаскивая в сторону.
– Не говори о нем так! – кричу я.
Глаза моей матери краснеют и широко раскрываются.
– Кто ты? Моя дочь никогда так со мной не говорила! Она никогда не будет ставить под угрозу свое будущее и говорить со мной так неуважительно!
Начинаю чувствовать себя виноватой. Но именно этого мать и добивается, и мне придется бороться с ней, чтобы защитить свои желания.
– Я не ставлю под угрозу свое будущее. Мое будущее тут вообще ни при чем, с завтрашнего дня я буду снимать комнату, и у меня есть стажировка! Ты из-за своих амбиций приехала сюда, пытаешься обвинить меня в том, что я счастлива! Он делает меня счастливым, мама, и если ты не можешь этого понять, ты должна уйти!
– Что-что? – фыркает она.
Но я и сама удивлена тем, что сказала. – Ты об этом пожалеешь, Тереза! Мне даже смотреть на тебя не хочется!
У меня кружится голова. Я не была готова к войне с матерью, по крайней мере сегодня. Я знала, что рано или поздно это случится, но я не ожидала, что битва разразится так скоро.
