– Почему? Это же не соревнование, и ты первый предложил мне, я тебе благодарна.
Я хочу, чтобы он перестал напрягаться по этому поводу, хотя и не понимаю, почему для него это важно.
Он раздраженно фыркает и обнимает колени. Повисает тишина, мы оба смотрим в окно. На улице ветер качает деревья, и молнии сверкают все чаще.
– Хочешь, чтобы я ушла? Я могу позвонить Стеф и попросить Тристана меня забрать, – шепчу я.
Мне совсем не хочется уходить, но молчание сводит меня с ума.
– Уйти? С чего ты взяла, что я хочу, чтобы ты ушла, раз ты говоришь, что я хочу помочь тебе? – Он повышает голос.
– Я… я не знаю. Ты молчишь, и погода все хуже… – заикаюсь я.
– С ума сойти, ты совершенно невыносима, Тереза.
– Что?
– Я пытаюсь объяснить тебе, что я… что я хочу тебе помочь, я держу твою руку, но это не помогает… Ты ничего не понимаешь. Я не знаю, что еще делать.
Он опускает лицо на руки. Он не может внятно объяснить, чего он хочет.
– Не понимаю чего? Чего именно не понимаю, Хардин?
– Того, что я хочу тебя.
Больше, чем кого-либо в жизни.
Хардин снова смотрит на меня.
В животе у меня все переворачивается снова и снова, голова начинает кружиться. Воздух между нами в очередной раз куда-то девается. Запрещенный прием попадает точно в цель. Потому что я тоже его хочу. Больше всего на свете.
– Я знаю, ты этого не хочешь… Ты не чувствуешь того же, но я… – начинает он, но на этот раз я прерываю его.
Беру его руки и тяну к себе. Он возвышается надо мной, растерянно глядя на меня.
Вцепившись пальцами в воротник его рубашки, я тяну его вниз. Наши глаза – на одном уровне. Он опирается коленом на кушетку возле моей ноги, глубоко вздыхая и переводя взгляд на мои губы и обратно. Он облизывает губы, а я наклоняюсь ближе.
– Поцелуй меня, – прошу я.
Он наклоняется, обнимает меня и кладет спиной на кушетку. Я раздвигаю ноги, уже второй раз за сегодня, и его тело оказывается между ними. Его лицо – всего в сантиметре от моего, и тогда я поднимаю голову, чтобы его поцеловать.
Я не могу больше ждать. Когда наши губы соприкасаются, он, отстранившись, целует меня в шею, и снова в губы. Он целует осторожно, и мои губы вздрагивают от удовольствия, он еще раз проводит губами, а затем языком, полностью закрывая мне рот и вновь открывая его. Одной рукой он упирается мне в бедро, сжав подол платья, другой нежно проводит по моей щеке. Я обнимаю его, плотно прижимая к себе.
