— Я не такой человек, каким меня представляет твоя мама. — Тяжело вздохнув, он добавил: — Но я не нуждаюсь в извинениях.
— Ну, у тебя все равно это есть, — устало ответил Даррен.
— И я принимаю это, — ошеломил меня Джонни. Ему не нужно было ничего принимать от Даррена. С ним ужасно обращались и мой брат, и моя мать. — Без обид, — добавил Джонни, коротко кивнув моему брату. — Но я все равно никуда не собираюсь.
— Да. — Даррен вздохнул. — Я начинаю это понимать.
Джонни фыркнул. — Просто чтобы внести ясность.
— Все чисто, Кавана, — ответил Даррен, прежде чем повернуться ко мне и спросить: — Ты идешь со мной?
Правда ли?
Давал ли он мне реальный выбор?
Я нахмурилась. — Что?
— Ты возвращаешься домой сейчас? — Медленно повторил Даррен. — Или позже?
— Я, э-э… — Покачав головой, я посмотрела на своего брата и сказала: — Сейчас.
— Ты уверена? — Спросил Джонни, застыв у меня за спиной. — Я могу отвезти тебя домой.
— У тебя тренировка, — прошептала я. — А мне нужно пойти домой и привести себя в порядок.
— Я не обязан идти, Шэннон, — сказал мне Джонни неуверенным тоном, переводя взгляд с меня на Даррена. — Я могу остаться с тобой.
Мне хотелось закричать ""Да"", но я остановила себя. Джонни был в курсе своих тренировок. Большую часть своих дней он проводил, с тоской глядя на свой телефон. Я знала, что он ожидал звонка от ирландских тренеров в ближайшее время, и я не могла ожидать, что он будет ломать свою жизнь каждый раз, когда со мной что-то случится. Это была не первая моя катастрофа, и она не будет последней.
Кроме того, когда он уйдет, тебе придется делать это самой.
Потому что он уходит, Шэннон…
— Мне нужно помочь моим братьям. — Я слабо улыбнулась ему. — Я позвоню тебе позже.
Джонни не выглядел убежденным, но спорить со мной не стал. Вместо этого он поцеловал меня в лоб, натянуто кивнул и отступил назад. Я чувствовала отсутствие его прикосновения в самой глубокой части своей души, когда уходила с Дарреном.
62
УБЕДИТЕЛЬНЫЕ ОТЦЫ
ДЖОННИ
Шэннон обвинила меня в том, что произошло сегодня.
Я, блядь, знал, что она это сделала, и хуже всего было осознавать, что она была права. Это была моя вина. Они сделали это с ней из-за меня. Я наблюдал, как она выходила из школы вместе со своим братом, прекрасно понимая, что мне нужно вмешаться и что-то сказать, чтобы все исправить, но у меня не было нужных слов. Я не знал, как это исправить для нее.
Господи Иисусе, я был так зол, что практически ощущал его вкус.
