— Как кто-то мог сотворить такое с этими малвшами…
— Мам, прекрати. — Сократив расстояние между нами, я положил руки ей на плечи и вздохнул. — Покорми их, — подбодрил я. — Накорми их мороженым и всем тем дерьмом, которым ты угощала нас, когда мы были маленькими. Им больше не нужны слезы.
— Ты прав. — Шмыгнув носом, она вытерла щеки тыльной стороной ладони и выдавила улыбку. — Больше никаких слез.
— Эдель, — сказал папа, высовывая голову из-за двери, а Шон балансировал у него на бедре. — Нам нужно поговорить.
— Я знаю, Джон.
— Нет. — Он покачал головой и многозначительно посмотрел на мою мать, пока Шон завязывал галстук. — Нам нужно поговорить сейчас, милая.
— Это чушь собачья, — прорычал я, расхаживая по кабинету отца, как ненормальный. — Я не собираюсь приводить их туда обратно, папа.
— У нас нет выбора, Джонни, — устало ответил папа. — Мы должны вернуть их — желательно до того, как их мать поймет, что они пропали.
— Эта семья остро нуждается во вмешательстве, — выдавила мама. — Я не знаю, что не так с миром, но я не могу понять, как их просто оставили в том доме с ней — или как этот человек разгуливает безнаказанным.
— Успокойся, милая, — уговаривал папа, поглаживая ее по руке.
— Это нечестно, Джон, — выдавила она. — Я не могу вынести этого.
— Нет, это несправедливо, — согласился папа. — Но ты не должна из-за этого нервничать.
— Посмотри на них, Джон! — Подойдя к окну, она указала на улицу, где Гибси катался по лужайке с тремя мальчиками. — Посмотри на них.
— Я вижу их, Эдель, — спокойно ответил папа. — Я вижу все, что видишь ты, милая.
— Если ты их видишь, то как ты можешь ожидать, что я отправлю их обратно? — Прошипела мама. — Нужно что-то делать. Для этих детей нужно сделать лучше ! Они всего лишь дети. Они не понимают и не заслуживают этого. А Шэннон? — Выражение лица мамы изменилось. — Он видел, Джон. — Она указала на меня дрожащим пальцем. — Наш сын понял это с самого начала. Возможно, он не понял, что увидел, но услышал крик о помощи.
Он услышал ее. И он разгадал тьму, которой не должен подвергаться ни один ребенок.
— Я знаю, — ответил папа, многозначительно посмотрев на нее. — Но прямо сейчас у нас нет юридической опоры, на которую мы могли бы опереться. Ты хочешь, чтобы твоего сына арестовали, милая? Потому что именно это и произойдет, если мы не сделаем это правильно.
— Тогда когда? — Мама задохнулась. — Когда, Джон?
— Когда что, ма? — Спросил я, внимательно наблюдая за ней.
