Я не могла понять, в чем проблема между ними, и хотя Лиззи была одной из моих лучших подруг, я должна была признать, что она была организатором каждого спора. Казалось, она находила проблему во всем, что делал Гибси. Он либо слишком тяжело дышал, либо слишком громко жевал, либо занимал слишком много места на столе. Не имело значения, что делал или не делал Гибси; Лиззи всегда находила в нем недостатки.
К обеду в четверг напряжение, накалявшееся между ними, достигло критической точки, и я всерьез начала пересматривать порядок наших сидений, задаваясь вопросом, не будет ли нам лучше сесть за наш старый столик.
По крайней мере, они были бы далеко друг от друга. Единственное, что удерживало меня за столом для регби, — это мальчик, чья рука была перекинута через мое плечо.
Я не могла смотреть на Джонни слишком часто; это просто вредило моему бедному сердцу. Я пыталась просто дышать и быть нормальной, сосредоточиться на чем угодно, кроме него, потому что знала, что если я буду слишком много думать о том, как приятно чувствовать, как его большое тело прижимается к моему, или о том, как он заставляет меня дрожать, когда наклоняется ближе, чтобы прошептать что-то мне на ухо, и как он рассеянно поглаживает мою руку большим пальцем, смеясь и шутя со своими друзьями, я вспыхну.
Отец Джонни вернулся в Дублин, и его мать была с ним, они не вернутся домой до позднего вечера, поэтому он пригласил меня зайти к нему сегодня после школы. Я хотела пойти больше всего на свете, но я ужасно нервничала, думая о буре, с которой, я знала, столкнусь, когда вернусь домой сегодня вечером.
Они уже были в ярости на меня за то, чтоя ехала в школу и обратно с ним, так что я знала, что мне придется вернуться к битве, усиленной тем фактом, что моего отца со дня на день должны были выписать из Брикли-Хауса. Я старалась не думать о своем отце слишком много, зная, что мысли о нем вызывают тяжелые приступы паники. Вместо этого я сосредоточилась на положительных моментах в своей жизни. Я сосредоточилась на своих друзьях и братьях, но в основном я сосредоточилась на Джонни.
Гнев моей матери или страх перед моим отцом не помешали бы мне пойти в дом Кавана. Честно говоря, я не была уверена, что что-нибудь сможет. Я отчаянно хотела провести время с ним наедине. С ним я чувствовала себя в безопасности и желанной, и я прилипала к этому чувству, как клей.
— Ты серьезно такой тупой? — Пронзительный рык Лиззи прорвался сквозь мои мысли, заставив меня чуть не выпрыгнуть из собственной кожи.
