— Да! Пошли они к черту, — обрадовался Гибси. — Скажи ей сама, детка.
— Тише, Джерард, — сказала Клэр, прежде чем снова обратить свое внимание на меня. — Тебе шестнадцать лет, у нас последняя неделя пасхальных каникул в школе, и у тебя должен быть обычный опыт девочки-подростка, например, остаться на ночь в доме своей лучшей подруги. Вместо этого ты провела первую неделю каникул, лежа в больнице и сталкиваясь с таким количеством дерьма, с каким не должен сталкиваться никто в нашем возрасте. Итак, ты делаешь это, Шэн.
Если ты хочешь остаться со мной, тогда, черт возьми, ты остаешься со мной.
— Даррен расстроится. — Я не была согласна со многим из того, что он сказал, и мне было неприятно, что он чувствовал, что может мной командовать, но я знала, что сердце Даррена было в нужном месте. И я не хотела причинять ему боль. Я не хотела никому причинять боль. В этом и была проблема.
— Даррен переживет это, — парировала Клэр, закатывая глаза. — Он твой брат, а не хранитель. У тебя было такое, и посмотри, к чему это привело.
Посмотри, что он с тобой сделал! — Я поморщилась, и Клэр съежилась. — Хорошо, — успокоила она. — Может быть, я неправильно сформулировала это и была немного бестактна, учитывая обстоятельства, но ты понимаешь, что я имею в виду. Я говорю это, потому что ты мне небезразлична, потому что я люблю тебя, Шэн, и мне надоело наблюдать, как люди тобой помыкают. И, честно говоря, тебе тоже пора завязывать. Перестань беспокоиться обо всех остальных и для разнообразия подумай о себе.
Живи своей жизнью.
Она была права, но было трудно избавиться от привычки всей жизни. Особенно когда последствия всегда приводили к боли.
Я была запрограммирована делать то, что мне говорили. Это был базовый навык выживания, который я отточила до совершенства.
Это было то, что поддерживало во мне жизнь до этого момента.
— А как же Джоуи? — Спросила я, нервно поглядывая на лестницу позади меня. Волнение, смешанное с огромной долей тревоги, поднялось во мне; перспектива не пойти сегодня вечером домой с каждой секундой становилась все более заманчивой.
— Он спит, и я не думаю, что мне следует оставлять его…
— Он может остаться здесь, — объявил Джонни, присоединяясь к нам в холле. — Вы оба можете. Его голубые глаза встретились с моими. — Если ты хочешь?
— Эй, жеребец, — сказала Клэр, махнув рукой в воздухе. — Держись. Я сказала, что ей нужен нормальный подростковый опыт, но не торопись с выводами.
Гибси хихикнул. — Бум.
