Они праздновали, и я понимал причины их веселья - каждый получит по куску земли и станет арендатором. Построит дом, приведёт в него жену, появятся дети. Чего не радоваться?!
А у меня на душе было тяжело. Уже дважды мне нашептали, что моя невеста проклята. В это слабо верилось, но всё же. Я не мог закрыть глаза на то, что уже много поколений женщины этого рода рожают только дочерей.
Это злило.
Значит, правитель всё-таки нашёл способ усмирить меня. Отдал земли, но лишил возможности иметь наследника.
Ну, это он поспешил праздновать победу.
Главное, чтобы жена сговорчивее была. Хотя пригрожу ей смертью и заставлю признать своим любого моего бастарда. Только проследить, чтобы она не успела взрастить в утробе чужое дитя.
Услышав кокетливый женский смех, повернул голову. В зал вплыли две оборотницы.
Одна бледная как мышь, вторая и вовсе только в возраст вступила. Они тащили разносы с кружками, а сами прицельно стреляли по моим воинам глазками. Но если во взгляде одной я видел похоть, то другая - пылала ненавистью.
Она была старше. Волосы чем-то присыпаны. Бледная, хотя в ней угадывалась кровь не самого слабого зверя. Ставя на столы кружки, женщина что-то недовольно бубнила.
- Что ты хмурая такая? - отпив медовухи, одноглазый Брек схватил её за руку и потянул на себя. Оборотница впала на секунду в ступор, а после, зарычав, выдернула свою конечность. - Да брось, лисёнок. Чем я тебе не мил?
Она молчала и прожигала бравого воина немигающим взглядом.
- А если так? - Брек встал и скинул тяжёлую походную куртку, демонстрируя себя.
На его поясе в ножнах виднелись два коротких меча. Не успел я и слова сказать, как служанка резким движением выхватила один из них и направила на него.
- Отойди от меня, ящер, - голос оборотницы дрожал.
Вторая девушка, наблюдая за этой сценой, кажется, веселилась. В её глазах плескалось лёгкое безумие.
- А может, меня возьмёшь? - заигрывающе произнесла она с придыханием и задрала подол своего не по статусу дорого платья до колен.
- Я и посвежее, и посговорчивее Харды буду.
Но Брек молчал, странно поглядывая то на собственный меч, то на женщину, что его держала. Та тряслась от страха, но оружие не опускала. Только от волнения нижняя губа дрожала. Я про себя успел досчитать до трёх. Резкий выпад Брека и лисица оказалась в его объятьях.
- А теперь ты мне скажешь, что за нелепая злость? - прорычал он недовольно.
Оборотница молчала, только сильнее стискивая челюсть.
