Он легонько коснулся её волос рукой и пригладил пушистые светлые локоны. Какой же красавицей она была.
- Леди Розанна, - раздался за моей спиной голос генерала Вегарта, - что же вы замерли на пороге?
- Не хочу мешать супругу и его любовнице, - вырвалось у меня.
- Что? - он прищурился и кивнул скорее своим мыслям, чем мне. - Да, щекотливая ситуация. - Мне показалось, что он подбирает нужные слова.
Смотря на девушку, я испытывала смешанные чувства: и боль, и стыд, и разочарование, и собственное бессилие, трусость, неспособность отстоять своё.
Хотя, а мой ли он?!
- Она частичка его души? - я хотела знать правду, какой бы она ни была, поэтому спросила прямо не таясь.
- Нет, Розанна, - Вегарт покачал головой. - Его душа принадлежит тебе, а Кнесе...
Он умолк, не договорив до конца.
- Но она его любовница? - такой ответ меня не успокоил, я желала знать больше о своей сопернице.
- Нет, - мужчина потёр затылок ладонью, ему было неловко, - Розанна, мой брат и я, мы очень любим эту озабоченную платьями да украшениями милую особу.
Но она никогда не была и не будет его любовницей. Он поговорит с тобой о ней, но пока не время. Мы обезопасим это место. Для неё и для тебя. И вот тогда ты всё узнаешь. А пока просто верь ему. И позволь мне называть тебя сестрой. Дьярви не идеален, порой до невозможного упрям, но он не играет чужими сердцами. Никогда. Просто верь ему и поменьше задавай вопросов о ней, а лучше сделай вид, что не замечаешь её. А я постараюсь убедить всех, что она только моя, хотя кого интересует казарменная девица.
- Но я же вижу их отношения, - признаться, я была в растерянности. Что за тайна такая.
- Ты, сестрица, видишь то, что мы показываем, даже не тебе, а окружающим. Но послушай меня, не надо создавать проблем там, где их нет. Не тереби душу брату. Я сам просил его молчать, но не ожидал, что это причинит боль тебе. Я не хочу этого. Кнесе не любовница ни мне, ни ему. Но об этом я тебе не имел права говорить. И если услышу, что ты с кем-то обсуждаешь её, я буду зол, Розанна.
И он тоже.
- Зачем же сказали? - я уже ничего не понимала.
- Я люблю брата, он сделал для меня очень много, поэтому не хочу, чтобы он страдал от твоего холода и безразличия. Не желаю слушать его ворчание и видеть его столь потерянным. Но я предупредил тебя, девочка. Не смей открывать рот.
Из коридора, ведущего на кухню, появилась Ули. Я, наверное, впервые за много лет увидела её более или менее чистую.
