Он мало интересовался делами Москвы, но кое-какая информация до него, конечно, доходила, тем более что Калистратов и другие большие люди, с кем он тесно общался, пил водку, парился в бане, регулярно обрисовывали ему ситуацию в стране, намекая, а то и в открытую предлагая ему заняться «наведением порядка в России».
«Не отдавать же это важное дело на откуп всякой шантрапе вроде „Национального Единства“ – там же одни дебилы! У нас там одна забота – только бы их в узде удержать!» – повторял ему в последнее время Коля.
Шрам понимал, что рано или поздно, особенно когда его – даст Бог! – выберут смотрящим по России, придется жесткой рукой поставить на место и азеров, и китайчат, и дагестанцев, и чеченов… И сейчас ему важно было показать в Москве, что он хочет – и главное, может – поставить всех на место в самое ближайшее время.
Он попросил Бегемота устроить встречу с китайцами и как можно побыстрее. Шрам знал, что Бегемот водит дружбу с химкинской братвой, а те контролировали весь московский северо-запад, в том числе и те микрорайоны, где промышляли китайцы.
Разместившись в трехкомнатном люксе на десятом этаже «Международной», Шрам сразу же стал названивать по всем имевшимся у него верным телефонам.
Первым делом он связался с Жорой-Грузином и после цветистых приветствий сразу взял быка за рога – попросил найти для него связь с китайским «папой» Юй-Цуном. Жору просьба несколько удивила: он сразу напрягся, заподозрив неладное. Но Шрам уклончиво сказал, что хочет разобраться с чужими в Питере.
Жора согласился помочь, но с условием, чтобы Шрам на встречу взял и его тоже. Не иначе как хотел, собака, потом, если подфартит, войти в долю…
Через час Жора перезвонил и сообщил, что встречи с Юй-Цуном пока не будет, так как пахан московских китайцев должен со дня на день прилететь из Гонконга. Шрам только выругался: хрен ли ему тут торчать и ждать у моря погоды. Но делать было нечего.
Мысленно обматерив Жору, Шрам созвонился с Тофиком Бакинским – своим старинным приятелем по первой еще отсидке.
Уже тогда пятидесятилетний Тофик, который отсиживал по «экономической статье», был большой человек в азербайджанской мафии: он контролировал все поставки в Москву овощей и фруктов с южных маршрутов. После выхода и реабилитации (он и этого сумел добиться!) Тофик стал официально числиться директором «Салюта» – крупнейшего в Москве универмага, продолжая крутить штурвал всего продовольственного рынка столицы.
