— Можешь попытаться больше узнать об этом, но вот Нилла сказала мне, что Харис полностью обеспечил безопасность Шейлы. Так, что никто и никогда не мог ей навредить. Но те омеги, которых она довела, были хуже, чем можно себе представить. И они получили то, на что заслуживали. И, да, мои слова могут звучать ужасно. Я просто хочу сказать, что все не так однозначно.
Нахмурившись, я подумала о том, что вообще не могла принять то, что говорила подруга. А Ненси продолжила:"
"— Вообще мои слова могут прозвучать так, будто я защищаю Шейлу, но это не так.
Я лишь хочу сказать, что она обоснованно дорога для Хариса. Она всегда была рядом с ним. С самого детства. Сначала, как сестра его лучшего друга. Затем, просто как омега. Его девушка и наконец-то, жена. Она многим жертвовала ради него. Например, отказалась от учебы в престижном университете, лишь бы быть рядом и продолжать поддерживать. Во время войны, она многое потеряла. В общем, я веду к тому, что Шейла для Хариса первая омега. Была, есть и будет.
Поэтому, осторожнее с Вонг. Ведь любое неосторожное слово в ее сторону, это плевок в Хариса, а он на это закрывать глаза не будет.
Я еще не рассказала Ненси про то, что Тайлер мой истинный, но смысл этих ее слов поняла.
Шейла и правда дорога Харису. Она уже часть его.
***
Прошло еще несколько дней. Наполненных делами и пролетевших, как одно мгновение. Постоянно чем-то занятая, я даже не понимала того, как сменялись сутки.
Для меня время замерло лишь на третий день.
В тот момент, когда я вновь увидела Хариса.
Это произошло на краю территории Олсенов. Я приехала туда по делам и, когда уже закончила с ними, направлялась к машине, как случайно скользнула взглядом по нейтральной территории.
Именно там заметила Его.
Тайлер стоял рядом со своим автомобилем и разговаривал с несколькими альфами. Против воли, я замедлила шаг и скользнула взглядом по Харису. Все такой же огромный. Мощный. Одетый во все черное, из-за чего его белые волосы, еще сильнее выделялись.
Но больше внимания я обратила на то, что кожа альфы выглядела посеревшей.
Такой, будто передо мной стоял вовсе другой человек.
Казалось, что темные вены проступили и вид у Тайлера был таким, словно внутренне он переживал миллиард адских пыток.
Почему я так решила? Тайлер ведь внешне не выказывал никакой боли. На его лице все так же не было ни одной эмоции. Но все же я интуитивно более, чем отчетливо ощущала то, что он ее испытывал. Ту боль, от которой и умереть можно.