Зверь молчит, а я продолжаю поглаживать и сжимать его спину в меру своих сил. Потом перехожу на шею. Иду вверх по позвонкам.
Мне почему-то захотелось запустить ладони в его влажные после душа волосы. Пропустить их между пальцев, погладить. Зарыться в них носом и вдохнуть свежий аромат шампуня. Но я не поступаю так. Не хочу наделать глупостей. Спровоцировать мужчину на какие-нибудь неблагоприятные последствия.
С удивлением понимаю, что мне и самой нравится происходящее. С каждым движением я становлюсь все более расслабленной, чувствительной к тому, что делаю.
Мну бандитскую спину уже с большим энтузиазмом, хочу сделать ему приятно. Настоящее безумство!
Зверь вдруг начинает шевелиться подо мной. Я немного приподнимаюсь, позволяя ему это сделать. Он переворачивается на спину и, схватив меня за талию, рывком усаживает обратно.
Глава 10
Даян
– Даян, пожалуйста, возвращайся скорее домой, – мурлычет в трубке женушка, но меня ее мольбы нисколько не трогают.
– У меня есть незавершенные дела, и ты знаешь об этом, – сухо отвечаю я.
Сам безотрывно наблюдаю за свернувшейся в кресле Миланой. Асия же не отстает. Продолжает выводить меня из равновесия.
– Месть никого еще не доводила до добра. Отпусти все. Ты теперь на свободе, а это самое главное, – нежным голосом продолжает жена.
– Без тебя разберусь что мне и как делать! – гаркаю я. – Если у тебя больше нет срочных вопросов, прошу не отвлекать меня.
– Даян... – ее голос подрагивает.
Начинается. Бесят эти нюни! – Я так устала быть одна. В чужой стране, в доме, который так и не смогла полюбить. Возвращайся, прошу...
– Это ради твоей же безопасности. Твоей и сына. Мы сможем уехать, когда я разберусь со всем.
– Конечно, – обиженно произносит Асия, – не приедешь, пока по дороге всех шлюх не перетрахаешь.
– Это не твое дело кого и когда я трахаю. Если у тебя все, я спешу попрощаться.
– Даян... Пожалуйста, скорее возвращайся. Если не ради меня, то хотя бы ради Булата.
Ему нужен отец.
– Разговор окончен, – я раздраженно скидываю вызов.
Жена не настолько глупа, чтобы думать, что сможет свернуть меня с намеченного пути слезливыми уговорами, и это напрягает. Я не успокоюсь, пока не найду того, кто вздумал играть против меня, и играть, надо сказать, весьма успешно.
Не стоило мне метить в политики. Сейчас бы сидел ровно на заднице, а не носился бы по стране в поисках предателей.
