В то же время, мой собственный отец рвет и мечет, повторяя, что такое оскорбление никто и никогда не наносил Булатовым. Ему явно не хватает самообладания, чтобы держать себя в руках.
– Какая, к черту, разница!? – кричит отец. – Факт в том, что эта девица сбежала! До свадьбы неделя, приготовления завершены и гости позваны! Как мы объясним им произошедшее? Она унизила нас! Люди никогда этого не забудут.
– И все же, я хочу знать причину ее побега, – твердо настаиваю я.
В груди все горит от ярости и мне хочется разнести все кругом, но вонзив ногти в ладони, терплю.
Еще будет время дать волю эмоциям.
– Самира отправила сообщение на телефон своей кузины после того, как ушла, – отвечает мне Анвар. – Она уехала к матери во Францию.
– А вы уверены в этом? – шипит отец. – Может она сбежала к другому мужчине?
– Уверен, – отвечает Анвар. – Я нашел номер ее матери через ее родственников и она подтвердила, что пригласила Самиру к себе.
Моя дочь предпочла приличной семье образ жизни европейских женщин. Я больше не считаю ее членом своей семьи, она опозорила нас.
– Однако, это не отменяет того факта, что это бросит тень и на нашу семью! – не успокаивается мой отец. – Мы с тобой публичные личности, Анвар! Из одной политической партии. Внимание прессы избежать не получится. Как ты собираешься разруливать эту ситуацию?"
"Черт возьми! Они все талдычат о своем позоре, но никто мне внятно так и не сказал, почему моя невеста сбежала.
Не верю, что дело в матери. Они не виделись десять лет и Мира давно уже не ребенок, чтобы цепляться за мамину юбку.
– Я хочу увидеть это сообщение, – требую я, глядя в глаза ее отцу.
– Это едва ли будет уместно, – отвечает он. – Просто глупые рассуждения инфантильной девчонки. Поверь мне, дело не в тебе, Тимур.
– Я настаиваю.
На его лице мелькает раздражение от моей дерзости, но он быстро прячет его, понимая, что не в том положении, когда может требовать уважения к себе.
Достав из кармана свой телефон, Анвар находит сообщение и протягивает мне его.
Я вчитываюсь в текст, не веря, что все это писала моя Самира.
Как? Как она могла так думать? Как могла предпочесть мне эту чертову учебу и мнимую свободу!? Разве я запер бы ее дома, выйди она за меня? Теперь я уверен, что она сбежала из-за моего отказа дать ей учиться и строить карьеру.
