Интересно, как долго она теперь будет сравнивать всех встречающихся ей в жизни мужчин с ним? Всегда?
Катрина осталась одна и тут же заметила косые взгляды в ее сторону. Еще бы, розы были на каждой даме. Если раньше она не питала к этим цветам особой любви, то теперь, кажется, будет их ненавидеть. Хотелось на воздух.
Наконец, Филипп появился вновь и попросил ее быть готовой войти.
— Филипп, я не хотела вас обидеть, — тихо произнесла Катрина, так, чтобы не услышали другие.
Слуга лишь вежливо улыбнулся.
— Разумеется, леди Морено.
— И поспешил продолжить свою работу."
"Он был оскорблен. Инквизиторская гордость была задета.
Что ж, Катрина попробовала извиниться. То, что она сделала, было некрасиво, но на тот момент она считала это необходимым.
— Леди Катрина Морено! — торжественно объявил церемониймейстер.
И Катрина шагнула в зал.
ГЛАВА 47
Большой бальный зал назвали «большим» не иначе как из скромности. Он был огромным.
Гигантское по своим размерам помещение освещали тысячи магических накопителей на стенах и потолке.
Но не они привлекали внимание, а роскошная многоярусная люстра с сотнями настоящих свечей. Безусловно, такая люстра была предназначена не для освещения, а для красоты. Катрина даже не рискнула прикинуть ее примерную стоимость — вероятно, два их родовых поместья.
Размер помещения, люстра, двадцатиметровый потолок с фигурной лепниной, величественные белые колонны по периметру зала — все это заставляло трепетать, чувствовать себя частью чего-то значимого, важного.
Великая честь — посетить мероприятие, подобное этому. Ни один из представителей рода Морено до этого дня не бывал на королевском балу. Если уж внуки Катрины не поверят в факт ее личного знакомства с Перворожденным, которому подвластны защитные амулеты и антимагические браслеты, то она сможет рассказать им, каково это — присутствовать на королевском балу в самом сердце столицы.
Не успела Катрина толком осмотреться, как возле нее возник Джошуа.
— Положи ладонь мне на сгиб локтя, — прошипел он, почти не шевеля губами и не переставая улыбаться для публики.
Позировал он не зря, на их пару смотрели многие. Знать бы еще, виной треклятые розы, от которых Катрина упрямо избавилась, или же взгляды привлекал Джошуа. Она не могла не признать: выглядел он прекрасно, таким красивым, что хотелось отвернуться, чтобы не ослепнуть. Разве должен мужчина быть так красив, чтобы затмевать собой женщин?
— Я же отобью от тебя всех поклонниц, — прошептала Катрина.
