Глаза его стала нечеловеческими: зрачок дергался туда и обратно, слегка пугая, но парень быстро справился с собой и подавленно произнес:
— Прости меня, Наташа! Я… несдержанный идиот!!! Ударь меня, прошу!!!
Я, выросшая на моральных нормах земной цивилизации, удивилась:
— Зачем? Если мы муж и жена, мы же не делаем ничего плохого!
— Да, но… — еще больше скуксился парень. — Это не должно быть ТАК!!!
— А как? — осторожно уточнила я.
— Не знаю, — он замялся. — По-другому!
Сказав это, вскочил на ноги, а я невольно перевела взгляд на его вздыбившиеся в интересном месте штаны.
Вилли, увидев, куда я смотрю, покраснел, как помидор, и, развернувшись, просто сбежал в ванную комнату — прятать свой «позор».
Я приглушенно рассмеялась. Ну до чего забавный!!!
Потом он весь вечер вёл себя чинно, как истинный аристократ. Со мной разговаривал крайне вежливо, на ночь даже поцеловал в щеку, но спать отправился на диван.
Я только пожала плечами.
Ладно, успеем еще. Мы ведь точно победим! Я верю в это…
И вот сейчас стоя в очереди, я ощущала большое воодушевление.
Ведь правда на нашей стороне. Что нам может сделать Вайлем, который даже не истинный дракон?
* * *Нас усадили рядом с принцем, неподалёку примостились какие-то министры, а чуть поодаль восседал сам король Фердинанд — седой мужчина с весьма суровым взглядом серых глаз.
Стол ломился от угощений. У меня реально потекли слюнки. Простолюдины, стоящие на довольно большом от столов расстоянии, пускали целые реки слюней, ведь такой пищи в принципе никогда не видели.
Мне стало даже неприятно, что аристократия собирается обжираться на виду у бедных горожан. Некрасиво это как-то…
Но такова традиция, как пояснил мне Вилли. Это некая дань небу за то, что в королевстве царит порядок и достаток.
Однако перед тем, как гости принялись пробовать еду, принц толкнул знатную речь. Он много говорил о важности единства и тому подобного. В общем, всё было выдержано в традициях профессионального заговаривания зубов.
Но на этом ритуалы не закончились. Теперь по очереди должны были вставать со своих мест представители каждой знатной семьи, чтобы произнести пафосные поздравления собравшимся и прославить предков. Вставали в основном мужчины, хотя пару раз поднимались и женщины (вдовы, как я понимаю). Перед тем, как произносил речь очередной аристократ, глашатай громко выкрикивал его имя и род, чтобы даже простолюдины знали, чье благословение они имеют честь слушать.
