Уильям выглядел не менее смущенным, чем я, но это было неудивительно, ведь его жизнь, а также общение с противоположным полом остановились на возрасте четырнадцати лет. Вряд ли он до меня вообще обнимался с девушкой…
К нашей комнате, номер которой мы уже знали, дошли молча. Открыли ее, вошли и попали в очень просторное помещение с огромной кроватью, набором для чайных посиделок в виде диванчика, двух кресел и стола, шкафами, ковром на полу и множеством канделябров на стенах.
Свечи уже горели, потому что дело шло к ночи.
Уильям опустил покупки в кресло и обратился ко мне:
— Прости, что номер один на двоих, но нам нельзя было разрушать легенду…
— Я понимаю… — ответила поспешно. — Не бери в голову.
— Просто… — продолжил Уильям смущенно, — это в некоторой степени может ударить по твоей репутации, поэтому мне слегка нехорошо.
— Перестань, Вилли, — произнесла строго. — Мне эта репутация до лампочки… — осеклась, поняв, что использовала фразу не к месту и не ко времени, поэтому поспешно исправилась: — В смысле, мне всё равно.
Поместимся.
— Я могу спать, где угодно, — поспешил сообщить парень, — хоть на полу. Мне не привыкать…
Последняя фраза прозвучала горько, хоть и была произнесена с улыбкой.
Я сразу же встрепенулась, шагнула Вилли навстречу.
— Забудь обо всём, что было в прошлом, — попросила взволнованно. — Иначе это прошлое будет отравлять твое будущее. Нужно уметь забывать негатив, образно говоря, забрасывать его за спину, чтобы не видеть и больше никогда не оборачиваясь к нему лицом…
Уильям, рассматривая меня, удивился.
— Неужели тебе приходилось проходить через подобное? — уточнил с трепетом. — Ты говоришь так, словно прожила долгую и насыщенную бедами жизнь…
Я пожала плечами.
— Где-то так и было. У каждого из нас своя темница, не так ли? Хотя с твоей не сравниться никому. Просто…
Я опустила взгляд и погрузилась в воспоминания. Воспоминания из прошлой жизни, которая уже давно нырнула куда-то в подсознание, и я начала о ней забывать.
Но близость с таким душевным и понимающим человеком вдруг заставила многое вспомнить и пуститься в откровенность.
— Иногда даже обычные, нормальные люди бывают жестоки с теми, кто отличается от них, например, внешне. Это порождает непримиримость, которой, казалось бы, не должно быть места в нормальном обществе…
Произнеся это, я вдруг очнулась. Ой, куда меня понесло-то? Та жизнь закончилась, и нынче я — милейшая девчонка с веснушками.
